Книга Соно Вероника. Пьячере!, страница 90 – Верона Виера

— То есть, ты есть не будешь? – кошу под дуру.

Он носом втягивает аромат моего шедевра:

— Буду.

— Тогда – на! – с улыбкой вручаю ему тарелки. – А я пойду оденусь.

Ромка моргает и ставит пасту на стойку, а я скольжу до ванной.

* * *

Я поправляю жилет и выхожу.

Ромка уже уплетает мою пасту:

— Прости, я просто попробовал и не смог остановиться! – говорит с полным ртом и наматывает спагетти на вилку. – Давай быстрее, остывает же!

Улыбаюсь и сажусь на стул. Приятно слышать такие слова.

— Как проверки?

— А! – Ромка делает жест, что всё ерунда. – Такое чувство, что кто-то специально натравил. Пожарные, санэпидем, налоговая... А у нас всё чисто!

Ромка смешно делает жест, как итальянцы, когда хотят сказать, что вкусно, блестяще.

— Не поступишь в театральный, возьму на кухню!

Ромка смеется и отодвигает тарелку.

— Что значит – не поступишь?

— Ну не знаю... у тебя же одни глупости на уме... еще и беременная!

Сейчас шампиньоном кину! Жую, округлив глаза.

Не поступить я не имею права:

— Может наоборот? – слизываю с губ капли соуса. – Глупости у тебя?

А Ромка опускает взгляд:

— У меня всё под контролем, Верон! – а потом задумчиво вздыхает. – Но понял, что давно не был в спортзале, – он заинтересованно жмет свои бицепсы-трицепсы на обеих руках.

— Надо подкачаться? – осторожно улыбаюсь.

Боюсь спугнуть его настрой, потому что чуть больше мышц ему бы добавили очков.

— И это тоже!

— Хорошо! – лучезарно улыбаюсь.

— Кофеём не хочешь шлифануть? – Ромка интригующе поднимает бровь.

Как устоять от такого предложения? Киваю.

* * *

В итоге Ромка оценил мои кулинарные способности фразой из маминых сериалов, пожелав здоровья моим рукам.

После этих слов мы долго смеялись, пуляясь в друг друга похвалами из разных фильмов. Потом вместе мыли посуду, как настоящая пара: он моет, а я убираю. Знаю, что должно быть наоборот и это мой самый главный недостаток, но Ромка даже не сопротивляется, иногда стряхивая с пальцев брызги мне в лицо.

Если бы я увидела такое ещё несколько дней назад, то кривилась бы от приторности этой картинки. Но сейчас – я понимаю, какое наслаждение дурачиться с любимым человеком!

* * *

— Ром? – лежу головой у него на коленях, борюсь со сном.

— У? – он похоже проигрывает битву, потому что, задрав голову на спинку дивана, сидит с закрытыми глазами и периодически зевает, отбирая у меня свою руку.

— А что ты про меня подумал в тот день, когда я пришла к твоей маме?

— Мм. Ну, я сперва тебя не узнал. Подумал, что за сумасшедшая: на улице минус, а она с голым животом? Но грудь оценил – зачётная! – он смеётся. – А после пары слов, понял, что это ты – всё та же Верона, только выросла и стала в тысячу раз красивее!

— А та девушка? Кто она?

— Просто знакомая.

— Просто знакомая на одну ночь?

— Хм. Вообще в тот день у нас ничего не вышло, – усмехается.

— Разве? А было похоже, что да. Ты так смешно нервничал, подергивал ногой.

— Ахах! Перестань.

— И почему не вышло?

— Потому что ты стояла перед глазами, технично залезла мне в голову.

Смеюсь:

— Это я умею!

— Я заметил!

Я замолкаю и, улыбаясь, прикрываю глаза.

* * *

Настойчивый звонок телефона врывается в мой сон. Открываю глаза и скидываю подушку на пол.

Карина! Что тебе надо, падшая женщина?

Убавляю звук и осторожно поднимаюсь, чтоб не разбудить Ромку. Он заваливается на бок, почувствовав свободу, и сгребает все, что есть под руками под голову.