Книга Между (не)придуманная история, страница 95 – Луна Рэй

В этот момент она ясно поняла: всё будет хорошо. Не сразу. Не просто. Но будет. И сейчас, здесь, на этой кухне, с горячим чаем, родными голосами и мягким весом кота на коленях, ей впервые за долгое время стало по-настоящему спокойно.

Первые дни после приезда прошли странно — сумбурно, неровно, будто время потеряло привычный ритм. Всё было не так, как в прошлый раз. Тогда возвращение домой было ясным, понятным: усталость, слёзы, тоска по Хавьеру, но при этом — ощущение правильности происходящего. Сейчас же Алёна словно жила в двух пространствах сразу.

Она почти не спала. Ночи были короткими, неглубокими, прерывистыми. Но, что удивительно, она не чувствовала себя измотанной. Напротив — внутри будто тлел какой-то тихий огонь. Маттео возникал фоном: не как навязчивая мысль, а как ощущение. Иногда ей казалось, что он зовёт её — не словами, не образами, а чем-то совсем тонким, почти телесным. Иногда — что он просто думает о ней. И в эти моменты она ловила себя на том, что останавливается посреди комнаты, замирает, прислушивается к себе.

Она и сама часто возвращалась к нему мыслями. Не специально. Это происходило само — между делами, в паузах, в тишине. Но при этом Алёна старалась жить: понимала, что впереди как минимум три месяца здесь, с родными, и она не собиралась превращать это время в ожидание или бегство.

И жизнь закрутилась. Она начала выходить из дома, встречаться с подругами. Первые встречи были шумными, радостными, почти оглушающими.

— Ты вообще настоящая?! — визжала Марина, обнимая её у входа в кафе.

— Я думала, ты уже не вернёшься! - вторила Настя, обнимая обеих сразу.

— Посмотри на неё, — смеялась Лена, разглядывая Алёну с ног до головы. — Ты другая. Ты точно другая.

Алёна смеялась вместе с ними, отвечала, шутила, рассказывала что-то нейтральное. Ей было искренне хорошо рядом с ними — легко, тепло, привычно. Но где-то внутри она чувствовала: это радость «поверх», а глубже всё равно идёт своя, отдельная работа.

Пару дней спустя она встретилась со своей любимой подружкой Настей, только они вдвоем — без компании, без лишнего шума. Небольшое кафе, приглушённый свет, чашки с кофе.

Они говорили о всяком — о работе, о знакомых, о мелочах. Алёна расслабилась, почти поверила, что всё нормально. И именно тогда Настя вдруг отставила чашку и внимательно посмотрела на неё.

— Так, — сказала она спокойно. — Признавайся.

— В чём? — Алёна вздрогнула и чуть не поперхнулась.

— В том, что происходит. С тобой.

Алёна усмехнулась и недоуменно пожала плечами.

— Ничего не происходит.

— Ага, — кивнула Настя. — Конечно. Я тебя знаю! У тебя другие глаза, как у больной собаки.. И вообще, ты другая. Тут точно дело в мужике, я вижу! Что - то не так с Хавьером?

— Нет, все нормально..Мы по-прежнему вместе, — слишком быстро ответила Алёна. — В сентябре полечу обратно, к нему.

Настя не отвела взгляда.

— Но ты не хочешь с ним быть. Что - то изменилось.. Он что - то натворил? Обидел тебя чем-то?!

Алёна опустила глаза, покрутила ложку в чашке. Потом выдохнула.

— Ладно. Но… давай сначала закажем вино. Этот разговор не под кофе.

Бутылка опустела почти незаметно. Алёна говорила долго — сбиваясь, останавливаясь, возвращаясь назад. Она рассказывала о ссорах с Хавьером, о его поведении, о нелепом знакомстве, о взглядах, о молчании, о близости, которая перевернула её изнутри, о страхе, о вине, о том, как всё это произошло будто само, без её согласия и одновременно с её полным участием.