Книга Любящая королева, страница 2 – Саффрон Брукс

Именно поэтому в этом году я поставила себе задачу проводить с ним как можно меньше времени, надеясь, что эти чувства пройдут сами собой. К сожалению, это легче сказать, чем сделать. Мало того, что наши лучшие друзья встречаются, так мы еще и делим опеку над Бо, самым очаровательным щенком.

— Мэг, я тут подумала. Может, мне остаться сегодня в своей комнате, а ты скажешь, что я куда-то ушла или что-то в этом роде? — отвечаю я, бросая чипсы в сумку.

— Что? Зачем? — Тон Меган становится серьезным.

— Просто это... неловко, понимаешь? Как будто это двойное свидание или типа того. — Я вздыхаю и иду в следующий ряд. — Каждый раз, когда мы куда-то выбираемся, я чувствую себя лишней. Мне больно, Мэг. Не знаю, выдержу ли я еще один вечер, притворяясь, что у меня нет к нему чувств.

Может, мне просто нужно начать встречаться с кем-нибудь другим, чтобы наконец избавиться от этой дурацкой влюбленности.

— Инес, послушай меня. Никогда не знаешь, что может случиться. Может, сегодня все будет иначе. К тому же ты моя лучшая подруга, и ты мне нужна. Кто еще поможет мне мухлевать в «Крокодил»?

Я смеюсь и качаю головой.

— Потому что ничто так не укрепляет дружбу, как жульничество в игре «Крокодил» на уровне преступной группировки.

— Вот именно. Видишь? Ты обязана быть здесь. К тому же ты вообще-то здесь живешь.

— Ладно. Но если он хоть раз посмотрит на меня как на младшую сестру, я ухожу.

— Договорились, — говорит Меган. — И, может, случайно пролей на него напиток. Это привлечет его внимание.

— Очень смешно, — отвечаю я, ухмыляясь.

Повернув за угол и все еще посмеиваясь над шуткой Меган, я врезаюсь в кого-то. Обе сумки летят на пол. Продукты разлетаются в разные стороны, банки катятся под полки, а упаковка яиц с треском разбивается об плитку.

— О боже, мне так жаль! — восклицаю я, опускаясь на колени, чтобы собрать упавшие продукты.

— Черт... Нет, это моя вина. Я не смотрел по сторонам, — отвечает мужчина, приседая рядом, чтобы помочь мне. На вид ему около тридцати: темные волосы, волевой подбородок. Даже посреди этого хаоса от него исходит спокойная уверенность.

Когда я тянусь за разбитым яйцом, он бросает взгляд на беспорядок и бормочет:

— Ну, прощай, мой торт.

Я замираю, разглядывая ассортимент ингредиентов для выпечки, разбросанных по полу: муку, сахар, яйца, даже глазурь.

— Он должен был быть шоколадным или ванильным? — спрашиваю я, сдерживая улыбку.

— Шоколадным, — говорит он, усмехаясь. — Хотя теперь это скорее омлет с тортом и привкусом магазинной пыли.

Я фыркаю, наполовину смущенная, наполовину забавляющаяся.

— Это… безусловно, смелая вкусовая гамма.

— Я стремился к уникальности. — Он подмигивает и протягивает мне коробку хлопьев. — Я Нейтан, кстати. Обычно я лучше справляюсь с тем, чтобы держать продукты в сумке.

— Инес, — отвечаю я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Приятно познакомиться, даже если я только что уничтожила твои планы на десерт.

— Что ж, Инес, было приятно познакомиться, — говорит Нейтан. — Даже при таких... интересных обстоятельствах.

Я улыбаюсь.

— Обещаю, я не хожу и не разрушаю чью-либо еду на регулярной основе.

— Хорошо знать. Мой бедный торт может спать спокойно. — Он бросает взгляд на беспорядок, а затем на часы. — Наверное, стоит позвать кого-то из персонала, чтобы это убрали.