Книга Все, что мне нужно, страница 201 – Э. Сальвадор

Откинувшись на кровати, я позволяю себе упасть назад, как и Дейзи, и какое-то время мы молча смотрим в потолок.

— Скажи это.

— Я ни о чем не думала, — солгала я.

Она толкает меня локтем в руку.

— Да ладно, ты разговариваешь со мной.

Обдумываю, стоит ли мне что-то говорить, но она права. Я говорю с Дейзи, моей лучшей подругой.

— Иногда… все кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой. Как будто дерьмо попадет в вентилятор, потому что мне становится слишком… комфортно. Неужели я ужасна, если так думаю?

Я доверяю ТиДжею, да, но время от времени в груди возникает чувство, которое не уходит. Ощущение тяжести и удушья. Я не знаю почему и не могу избавиться от этого. Что бы я ни делала, оно всегда возвращается.

Дейзи поворачивается на бок, кладет голову на плечо и смотрит на меня сверху вниз.

— Ты не ужасна, если так думаешь. Это понятно, учитывая… прошлое ТиДжея, но поверь, когда я говорю, что знаю, что ты ему искренне нравишься, — говорит она и хватает прядь моих волос, накручивая ее на палец. — Ты знаешь, что я всегда говорю…

— El amor es para pendejos30, — говорю я.

Дейзи произносила это так часто, что я могу повторить почти идеально, но не могу выговорить «р» также красиво, как она.

— Это так, но к вам, ребята, это не относится. Он смотрит так, как будто, если не будет смотреть на тебя каждые пять секунд, то ты растворишься в воздухе. Пуф, — она машет рукой в ​​воздухе, делая ударение на слове. — Он смотрит на тебя так, как бредовые люди хотели бы, чтобы на них смотрели.

Я ухмыляюсь.

— Бредовые люди?

— Влюбленные дураки, желающие этих дерьмовых сказочных романов.

Я тихо посмеиваюсь, снова глядя в потолок.

— Я знаю, что просто слишком много думаю и мне нужно расслабиться.

ТиДжей

Наша победная полоса закончилась, и это все моя вина.

Я всегда умею все заблокировать, но, когда игрок из Канзаса, Киган Ракер, вчера вечером начал говорить о Лоле, я потерял самообладание.

Поначалу я мог игнорировать его, потому что знал, что он всего лишь насмехается надо мной, подстрекает сбежать.

Все было хорошо, пока он не заговорил о ее делах и не сказал, что пригласил ее на «специальное мероприятие один на один». Я изо всех сил старался игнорировать свои чувства, но затем он довел меня до крайности и спросил, наденет ли она свой костюм Джессики Рэббит.

— Как думаете, она наденет костюм Джессики Рэббит? Я видел фотографии, но уверен, что вживую она выглядит лучше. Она выглядит чертовски охуенно, я знаю, ты понимаешь. Когда закончишь с ней, могу ли я взять ее следующий?

Мне не следовало сильно бить его локтем в живот, выбивая из него воздух, но и он не должен был пускать слюни.

Как бы я не ненавидел то, что мы проиграли, и ненавижу то, что стал причиной этого, оно того стоило, когда я стоял над ним, наблюдая за мучительным выражением его лица, пока он пытался отдышаться. И нет ничего более приятного, чем видеть, как фанаты «Канзаса» теряют самообладание из-за того, что меня не выгнали.

Как этого не произошло? Действительно не знаю, но я не подвергаю это сомнению.

Обычно я размышляю над исходом вечера, но потери неизбежны. Я чувствую себя виноватым за то, что позволил эмоциям взять верх и подвел товарищей по команде, но не жалею о том, что сделал.

Я тихо прокрадываюсь в свою комнату, но останавливаюсь в дверном проеме как раз в тот момент, когда Лола выходит из ванной.