Книга Попаданка-ключница проклятого дракона, страница 67 – Алекс Скай

Эйвард стоял близко. Не настолько, чтобы касаться. Но достаточно близко, чтобы Ника чувствовала холод, исходящий от него, и странное тепло, поднимавшееся в ней самой вопреки разуму. Не любовь. Нет. До любви было далеко, и она не собиралась обманывать ни себя, ни его. Но между ними появилось что-то, чего раньше не было: знание. Он видел её страх. Она видела его вину. И это знание связывало сильнее, чем приказ.

— Тогда помогите мне не стать ключом, — сказала она.

— Как?

— Узнать, что значит “последний”.

Он кивнул.

— Комната ключницы.

— Молчащие ключи?

— Да. Если третий не ваш, нужно понять, чей.

— Сайра сказала: “В ночи, которую украли”.

— Мы видели эту ночь.

— Не всю.

Эйвард помрачнел.

— Да.

Они вышли из архива вместе.

На этот раз замок не сокращал путь. Он вёл их медленно, почти торжественно, словно давал время переварить то, что уже случилось, прежде чем ударить следующим. Коридоры были полутёмными. За окнами сгущался вечер. До рассвета оставалось меньше времени, чем хотелось думать.

По пути им встретился Тарвин.

Он ждал у лестницы, и по его лицу Ника поняла: он уже знает. Не всё, возможно, но достаточно.

— Совет разошёлся по залам, — сказал он. — Канцлер приказал стражам сменить посты у северного крыла. Леди Ортия отправилась в восточные покои.

— Не отправилась, — сказал Эйвард.

Тарвин поднял глаза.

— Милорд?

— Она будет делать вид, что отправилась.

Ника вспомнила тень Ортии у входа в архив, кольцо с зелёным камнем, её слова о чужой коже.

— За ней нужно следить.

— Уже, — ответил Тарвин.

Эйвард посмотрел на него внимательнее.

Старший дворецкий невозмутимо продолжил:

— Руна не умеет оставаться в стороне, когда ей приказали оставаться в стороне.

Ника почувствовала почти смешное облегчение.

— Она следит за Ортией?

— Она следит за тем, чтобы кто-нибудь следил за Ортией, — уточнил Тарвин. — Это разные вещи, но иногда второе полезнее.

Эйвард тихо выдохнул. Почти устало.

— Если Руна пострадает…

— Она знает коридоры слуг лучше, чем леди Ортия знает собственное отражение.

— Это не ответ.

— В этом доме редко бывают ответы, милорд. В основном двери.

Ника впервые увидела, как в глазах Эйварда мелькнуло что-то похожее на горькую благодарность.

— Комната ключницы, — сказал он.

Тарвин поклонился и пошёл впереди.

Дверь комнаты ключницы встретила их перекошенным замком.

Ника остановилась у порога и увидела: металл у скважины треснул, дерево потемнело, будто кто-то пытался войти не ключом, а чужим правом. Руна побледнела.

— Это не я, — быстро сказала она.

— Знаю, — ответила Ника.

Эйвард подошёл ближе. Осмотрел дверь, провёл пальцами по трещине. Ника ожидала приказа: сменить стражу, запереть её в другом месте, снова превратить безопасность в клетку. Но он молча взял из связки медный ключ, тот самый с крыльями, приложил его к замку и повернул не в скважине, а поверх неё.

Металл тихо встал на место.

Дерево посветлело.

Замок щёлкнул — крепко, ровно, живо.

— Теперь открывается только изнутри, — сказал Эйвард.

Ника посмотрела на него.

— Вы чините мне дверь, которую сами приказали держать открытой?

— Сегодня я передумал.

— Это извинение?

— Нет.

Она подняла брови.

Он помрачнел.

— Это дверь, которую вы можете закрыть, если захотите. Даже от меня.

Ника не сразу нашлась, что ответить.