Книга Одиссея Тёмного принца, страница 5 – Ольга Силаева

— Ну… – Таисса запнулась, – теперь я знаю, что подарить вам на следующий день рождения?

Взгляд Елены перетёк в изумлённый, и секунду спустя они рассмеялись вместе.

Таисса запоздало вспомнила, что Елена была близкой подругой Александра. Но была ли у неё семья? Дети? Или она отдала всю жизнь Совету и у неё осталась лишь четверть часа перед сном наедине с сентиментальными романами? Ведь что ещё, кроме одиночества, побудило бы её отвлечься на простенькую любовную историю, не имеющую никакого отношения к делам Светлых?

— Я бы хотела задать личный вопрос, – произнесла Таисса. – У вас есть семья? Может быть, кто-то близкий?

Елена долго молчала.

А потом покачала головой:

— Совет… забирает жизнь. Время. Даже любовь. Когда мы говорим, что жертвуем ради высшей цели, многие забывают, что мы и живём ради высшей цели. Ради общего блага, ради служения. Что до личного счастья, до тёплой улыбки, до обнимающих рук… это достаётся не нам.

— А Тёмным – да, – тихо сказала Таисса.

— Далеко не всем, поверь мне. И им плохо приходится, когда они проигрывают.

Таисса вспыхнула под спокойным пристальным взглядом Елены. Ведь Мелисса Пирс, мать Таиссы, бросила Эйвена Пирса сразу же после горького поражения.

Елена помолчала.

— Но всё же у всех нас есть близкие, – произнесла она совсем другим тоном. Прежний строгий выговор уступил место мягкому, очень женственному певучему голосу, и Таисса вспомнила музыкальный смех Елены. Тогда, бесконечно давно, почти год назад, когда она приглашала Таиссу на день рождения. – Александр во многом заменил мне семью. У нас странная дружба, но она дорога мне. Когда вас объединяет тайна, о которой не знает никто на целой планете…

— Какая? – не выдержала Таисса.

Елена чуть улыбнулась:

— Дело не в тайнах, а в близости, которую она порождает. Но Александр… я всё-таки не знала его настоящего. Не знала ни об Элен, ни о его сыне. Я всегда думала, что, кроме Лары, у него никого не было.

— Неудивительно, – одними губами сказала Таисса. – Я сама ничего не знала.

Елена невесело усмехнулась:

— Наши с ним полуночные беседы… Я думала, что была ему ближе всех на свете. Больно, когда разбиваются иллюзии. Но нужно жить дальше, правда?

Елена с отрешённым видом подошла к большому панорамному окну. Умная камера видеосвязи повернулась вслед за ней, открывая Таиссе обзор.

— Мне снились такие странные вещи, – произнесла Елена. – Дети? Мои дети? И Ник говорил, что видел сны с твоим участием. Весь мир лихорадит, и у нас нет ответов.

— У вас были дети? – тихо спросила Таисса. – Там, в параллельном мире?

— Они… – Елена резко вздохнула. – Нет. Они были лишь фантомом. Воспоминанием. Но мне больно всё равно.

Они обрели новый мир. А потом потеряли.

Ресницы Таиссы были мокрыми от слёз. Она быстро провела по щекам ребром ладони, смахивая их.

— Мне кажется, Лара знает куда больше, чем говорит, – раздумчиво сказала Елена. – Она единственная не произнесла об этих снах ни слова, а ведь она одна из сильнейших Светлых и тут есть закономерность: я и Ник вспомнили куда больше, чем остальные. Лара должна была увидеть ещё больше. Она очень замкнута в последнее время. Что же она запомнила?

Таисса молчала. Елена вскинула взгляд на неё.

— Ты ведь тоже что-то помнишь, – утвердительно сказала она.