Книга Лабиринт Принца Пустоты, страница 74 – Ольга Силаева

— Думаю, пока не стоит. Сначала нужно…

— Представиться? – предположила Таисса, приняв у него фляжку. – Рассказать, почему мы здесь?

— Провести переговоры. Как я и сказал раньше, я отец Тьена, и я хочу знать, как защитить сына от такого бессмертия. Точнее, защитить людей от его возможной участи. Я не берусь решать за Тьена, хорошо это было бы для него или плохо – стать Великим.

— Но ты берёшься решать за планету.

— А разве не этим мы здесь занимаемся?

Таисса невесело улыбнулась, отвинчивая крышку фляжки. Если она хочет занять место Стража, она, строго говоря, действительно будет решать судьбу планет, запирая их диктаторов куда подальше. Сюда. Вот только…

— А если я стану такой, как Вернон? – неожиданно для себя самой спросила Таисса. – Тьен куда добрее и мудрее меня, но я увидела его Великим во сне, и вот что из него вышло. Если подумать, кто угодно исказит роль Стража к худшему. Или… или всё-таки не кто угодно?

— Не знаю, Таис. – Дир бросил на неё острый взгляд. – Я бы на себя такую судьбу примерять точно не стал. Как и судьбу Великого. Я знаю, где находятся мои границы.

А вот она едва ли знала. Таисса отвела взгляд. Только ли жертвенным было её решение? Или она, как и Принц Пустоты, лишь хотела иметь право принимать решения, побеждать, быть правой? Спасать мир?

«Иногда я не уверена, что смогу счастливо жить мирной жизнью, когда всё это закончится, – вспомнила Таисса собственные слова. – Жить в вихре событий, рисковать, зная, что мои поступки имеют значение… мне будет этого не хватать. Это ужасно, да?»

Таисса молча отпила воды, завернула крышку фляжки и передала её Диру.

— Лара так уверена в себе, – произнесла Таисса. – Она не сомневается, она действует. Думаешь, она права и мы должны быть такими же?

— Для неё это роскошь – быть слабой. Как и для меня. – Дир помолчал. – Мы так воспитаны.

— Уши бы надрать тому, кто вас воспитывал, – пробормотала Таисса.

— Вряд ли Майлз Лютер тебя одобрит, – серьёзно сказал Дир. – Вытащить Александра на поверхность, чтобы надрать ему уши в чужом теле – неблагодарное занятие.

— Я бы всё равно попробовала.

Уголки губ Дира приподнялись. А затем он обернулся к тёмному коридору, уходящему вдаль. Туда, где осталась Лара.

— Как тебе удалось открыть для нас эту лестницу, Таис? Это важно. Какой шаг ты сделала? Какое решение приняла?

Таисса покачала головой.

— Это лишь намерение. Не решение.

— Тогда расскажи мне о нём, – серьёзно сказал Дир. – Мы не зря стоим здесь вместе. Мне нужно знать то, что знаешь ты.

— А ты расскажешь мне, что произошло дома? – парировала Таисса. – Что именно Лара рассказала тебе, и почему ты не делишься этим со мной?

Дир не отвёл взгляда.

— Ничего, о чём стоит беспокоиться, пока мы здесь, Таис. Мир справится без нас.

— Так я тебе и поверила. – Таисса скрестила руки на груди. – Что Лара сказала тебе?

Дир вздохнул.

— Что у нас есть… проблемы. Как и всегда, впрочем.

— Она сказала какие?

— Нет. Только расписала текущий статус и расстановку сил. Не полностью.

— И ты не дашь мне даже намёка, – с горечью произнесла Таисса.

Дир покачал головой.

— Какой смысл? Даже если бы я знал хоть что-то существенное, что бы это изменило? Что я скажу создателю сферы? «Всё плохо, мы должны вернуться и спасти мир»? Это не сработает. Это аргументация в духе Стража – «если не я, то никто». А она, как мы уже успели убедиться, трещит по всем швам.