Онлайн книга «Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы!»
|
Мои колени подогнулись, подошвы ботинок заскользили по мокрой брусчатке. В нос ударил резкий, удушливый запах застоявшихся сточных вод, мокрой шерсти крыс и вековой могильной сырости. Я тяжело сглотнула и открыла глаза. Вокруг, во мраке, тянулись бесконечные, поросшие склизким зеленым мхом и плесенью каменные коридоры древних столичных катакомб. Где-то очень далеко, метрах в пятидесяти над моей головой, глухо громыхали по мостовой колеса экипажей и бурлила жизнь сытой, ничего не подозревающей столицы Империи. А прямо подо мной, всего в нескольких ярусах ниже, во тьме скрывались неприступные казематы Высшего Совета. Мои губы под тканью плаща медленно изогнулись в жесткой, предвкушающей усмешке. Мертвая рысь вернулась в город. Партия перешла в кровавый эндшпиль. Глава 25. Огонь родной стаи Столичные катакомбы представляли собой бесконечный, запутанный лабиринт из осклизлого, покрытого многовековой плесенью камня, проржавевших решеток и густого, непроглядного мрака. Для обычного человека этот спуск неминуемо стал бы билетом в один конец, но для дикой кошки, чье зрение идеально адаптировалось к абсолютной темноте, выхватывая малейшие контуры во мгле, это была просто очередная охотничья тропа. Я двигалась абсолютно бесшумно, как и подобает призраку. Зачарованная ткань «Теневого плаща» мягко струилась по плечам, полностью скрадывая и шорох шагов, и тепловое излучение моего тела. Я без проблем миновала два патруля Ищеек, дежуривших у смердящих стоков. Они стояли так близко, что я могла расслышать их хриплое, скучающее дыхание и лязг металлической амуниции, но поисковые амулеты, тускло поблескивающие на их груди, оставались мертвыми. Артефакт Каэля работал безупречно, поглощая даже биение моего пульса. Чем глубже я спускалась к нижним ярусам — туда, где во чреве земли располагались секретные тюремные блоки Высшего Совета, — тем сильнее сжималось мое сердце от давящего чувства тревоги. Фиолетовая искра Элиаса, тлеющая глубоко в моей груди, билась неровно, слабо, словно отчаянно задыхалась под многотонной, безжалостной толщей сырого камня. Вдруг я резко замерла, напрягая все мышцы и втягивая носом спертый, влажный воздух подземелья. Сквозь тошнотворные запахи гнили, стоячей воды и нечистот пробился едва уловимый, но до боли знакомый аромат. Едкий, нервно щекочущий ноздри шлейф паленых вороньих перьев, перетертой в пыль сухой полыни и плавящегося металла. Моя внутренняя рысь мгновенно встрепенулась, издав мысленное урчание. В этом промерзшем, насквозь враждебном лабиринте вдруг отчетливо запахло моей стаей. Алхимия во тьме Я беззвучно скользнула вдоль влажной стены, следуя за невидимой путеводной нитью запаха, пока не добралась до узкой, полузаваленной каменным крошевом ниши, надежно скрытой за крутым поворотом тоннеля. Воздух здесь едва заметно мерцал, искаженный тончайшей паутиной заклинания отвода глаз. Сквозь эту нестабильную магическую рябь я разглядела сгорбленный силуэт. На корточках, прямо на покрытом липкой грязью полу, сидела девушка. Ее плечи укрывал плотный темный плащ, капюшон которого был небрежно накинут на растрепанные рыжие кудри. Перед ней тускло светилась медная походная горелка, на синеватом пламени которой, в небольшом чугунном котелке, угрожающе пузырилась густая, ядовито-зеленая жидкость. Девушка лихорадочно помешивала варево длинной стеклянной палочкой, беззвучно, но с пугающей яростью шевеля губами — по ее лицу читалось, что она проклинает всё Министерство вплоть до десятого колена. |