Книга Алиментов, женись на мне на три дня, страница 18 – Лёля Зайкина

— Ага, а сперва влюблюсь в вас без памяти, — посмеивается эта невозможная женщина.

— Именно так, — подтверждаю её слова.

— Не дождётесь… — пыхтит недовольно.

Язык так и чешется сказать что-нибудь ещё, но я держу его за зубами.

Посмотрим, кто кого. Посмотрим.

Люба

Никак не думала, что выйдя от гадалки, встречу опять Алиментова, ещё и при таких обстоятельствах.

Я была уверена, что это какой-то псих гоняется за котом. Есть всякие разные идиоты. Некоторые любят издеваться над теми, кто слабее.

Когда я была девчонкой, у меня дома жил кот, которого отец выбил из рук такого вот неадекватного человека. Барсик со временем отъелся, осмелел. Но от любого повышения голоса или от шума тут же забивался под диван. Я его очень любила и сейчас пройти мимо не могла. Теперь вот теперь сижу, дожидаясь вердикта ветеринара, и стараюсь даже не смотреть на Алиментова. А то опять начнёт петь про то, что он такой необыкновенный мужчина, в которого все влюбляются и штабелями укладываются рядом, что я не стану исключением.

Сейчас! Аж два раза! Прямо тут и паду жертвой его мужских чар!

Пусть ждёт. В отличие от его многочисленных жён — я человек адекватный.

— А вот и ваш котик, — произносит медсестра, вынося чёрное чудо с загипсованной лапкой. — Кость сломана наложили гипс. Ему требуется уход. Сейчас врач распишет рекомендации.

— Хорошо. У вас есть переноски, можно купить? — спрашивает Алиментов, взглянув на кота.

Он что, собирается его забрать? Такому черствому типу, как он, нельзя доверить животное.

— Я его заберу, — произношу я, поднимаясь с кушетки. — У вас, я уверена, найдутся дела важнее, чем уход за животным.

Но Алиментов не отстаёт.

— Мне нужна переноска, и я заберу кота к себе, — стоит на своём. — Я нанёс ему травму. Мне за ним и ухаживать.

— Мы с котейкой вас простим. Не наноситьте ему ещё одну травму.

— Не нанесу. Я умею обращаться с животными.

— Я заметила.

Подхожу к девушке, которая вцепилась в кота, как в родного, и переводит взгляды то на меня, то на Родиона.

— Может быть, физических травм вы ему больше и не нанесёте, а психологическую, так точно. Пожалейте животное, — говорю я и забираю кота у застывшей медсестры. — Мой маленький, хорошенький, поедем ко мне, тебе у меня понравится.

— Кот мой! Я вам его не отдам, — произносит Алиментов и тянет свои ручищи к коту.

Приходится повернуться к нему задом, чтобы не отобрал.

— Кот мой. Его даже в клинике как моего питомца записали. Так что верните мне моё животное, а то я буду вынужден обратиться в полицию и сообщить, что вы посягаете на чужую собственность, — произносит Родион.

Я невольно оборачиваюсь. Нижняя челюсть отваливается от верхней.

— Вы вообще с ума сошли? — шепчу я.

— Просто отстаиваю свою собственность.

— Да вы же замучаете его!

— Что ж… У вас есть шанс спасти кота. Если вы так хотите, вы можете жить у меня и ухаживать за котом.

— Жить там, где жили ваши шесть жён по очереди? Уверена, нам с Чернышом не понравится.

На ходу придумываю кличку коту.

— Кто дал вам право придумывать моему коту имя? Его зовут — Чёрт, — видимо, тоже импровизирует Алиментов.

— Ну и фантазия у вас, — качаю головой, но своего будущего питомца из рук не выпускаю.

Даже если он Чёрт, то безумно обаятельный, и ему требуется помощь, забота и защита от этого тирана.