Книга Монструм. Коллекционное издание, страница 172 – Полина Граф

Но я же видел…

— Стефано! – окликнул его Дан, продолжая удерживать кровоточащую руку. – Подсоби с лечением!

Стефан оторвался от перепалки с Сарой и обернулся. На плече его мундир был порван и темнел от засохшей крови. Как раз туда его ударили лезвием, а значит, мне не почудилось. Я задержал изумленный взор на его лбу, куда выстрелила Ария. Но там не нашлось ни шрама, ни даже крови. Невозможно. Стефан ведь был мертв…

Стеф быстро подошел к нам, на ходу швыряя Дану манипуляцию. Сара захромала следом. Темный эфир прожег ее штанину в колене, и кожа в месте ранения неприятно почернела.

— Заткни фонтан на руке, – бросил Водолей Дану и начал осматривать Фри. Потом зло чертыхнулся. – Ты-то жить будешь, обойдешься шрамом, а вот с ней дело плохо. Заряд был сильный. – Стеф послал в небо синий сигнал. – Мемора придет с минуты на минуту.

Он ни разу не посмотрел на меня, а я продолжал таращиться на него, как на призрака, пока он осторожно восстанавливал Фри с помощью манипуляционного круга.

Внезапно я вышел из ступора, будто кто-то вновь запустил время.

— Ты же…

— Заткнись, – ровно проворчал Стефан, не отвлекаясь.

— Но я видел!..

Он метнул в меня озлобленный взгляд, который говорил, что если я скажу еще хоть слово, то он выпустит в меня всю обойму.

Я подался вперед, хватая его за руку. Правила гласили, что души не возвращаются.

Но меня обволокла чудовищная метель, и сквозь проступившие от сильного ветра слезы я увидел впереди темный силуэт дерева. Именно от него и доносилось то пробирающее до костей тиканье.

— Да какого хрена ты творишь?! – Стеф сердито вырвался из моей хватки.

Я ничего не понимал. Так и остался сидеть в глубочайшем потрясении. Это был он, без сомнений.

Появление Меморы нас отвлекло. Сплиты подвывали уже совсем рядом, но звезда этих звуков будто и не замечала. Все ее внимание было приковано ко мне.

— Всепроникающий Свет, как я рада, что вы живы, – выдохнула она и, как только я поднялся, положила руки мне на плечи. – С тобой все хорошо? Как Антарес?

— Все отлично, – уклончиво заверил я. – Нам сейчас же нужно отправляться в Соларум. Я кое-что вспомнил. И это нужно проверить.

Ее руки до боли меня сжали.

— Ты вспомнил что-то о Верховном?

— Думаю, да.

Я ощутил странные колебания, исходившие от ее души. Взгляд Меморы переменился, задержался на мне, будто она пыталась прочесть мои мысли. Только после этого она достала транзит. Он переместил нас шестерых на первый этаж Сол арума, в темные коридоры с комнатами адъютов.

Стеф огляделся:

— А к Лазарету нельзя было?

Он осторожно поднял Фри и перенес ее на диван неподалеку. После обернулся к Дану:

— Приведи комету.

— Я должна быть рядом с ним, – заявила Сара. – Рядом с Антаресом.

Но Дан вдруг строго на нее посмотрел:

— Ты ходить еле можешь, куда тебе по ступеням? Сделай пару шагов, ни разу не оступившись, тогда и поговорим.

Сара хотела возразить, но не смогла. По ее взмокшему и искаженному от боли лицу я видел, как ей невыносимо опираться на раненую ногу. Она обернулась ко мне и неожиданно протянула мне руку на прощание. Дружеский жест, но я колебался. Мне отлично помнилось, что с ее душой было что-то не так.

Я ответил на рукопожатие и мигом утонул в черноте. Воздух казался густым, как глина, и пахло здесь паленым. Послышался треск. Я оказался посреди ржаного поля. Стояла ночь, но ни луны, ни звезд на небе не было видно. Единственным освещением тут служили костры, горящие в поле тут и там, да и они едва ли что-то освещали. На некоторых колосьях ржи я заметил бумажных журавликов, на каждом из которых стояла цифра. Я нервно огляделся, чувствуя, словно нечто ледяное подкрадывается ко мне со всех сторон.