Книга Доминум, страница 56 – Полина Граф

Изящный, длинноногий Мерихон Серый гордо и скучающе восседал на кушетке, не убирая руки с эфеса своего мерцающего светом клинка. Его рыжие волосы были коротко стрижены. На вытянутом лице, которое не знало шрамов, особо выделялись крупный тонкий нос да плотно сжатые губы. Мерихон был облачен в форму и темную накидку со слишком уж массивным стоячим воротником. Он казался особо важным, чего постоянно и добивался. Доспехи серебром сверкали на его голенях и локтях.

Сириус Верный Дух стоял возле окна, тревожно скрестив руки на груди. Звезда часто казался Альдебарану маленьким зверьком, ожидающим опасности. Рядом с ним вытянулась прямая, как палка, Окса Пылкая. Два огромных глаза были главным достоянием округлого лица. Красные пряди едва доставали до скул, на лбу красовались рабочие очки-гогглы. Дорожный плащ покрывала какая-то белая пыль – верно, на зов она откликнулась, будучи на раскопках, где добывала все полезное, что оставили после себя древние битвы.

И последний – Габиум Тихий Луч. Единственный, кто не смотрел на Альдебарана. Звезда внимательно изучал взором языки твердого огня в камине, словно общаясь с ним у себя в голове. Красноволосый, матерый, с пристальными узкими глазами и квадратным лицом, невзрачным и немного обожженным у правой брови. На руках перчатки, сапоги стоптаны, поверх черной затертой шинели накинут багровый платок, которым Габиум частенько скрывал лицо. Альдебаран задержал взгляд на его сгорбленной фигуре и уже собрался заговорить, как Мерихон с легким нетерпением подался вперед.

— Луц, мы вас безмерно уважаем, – вкрадчиво, но с напором начал он хриплым голосом, – однако мы не можем сидеть тут вечность. Я вообще-то ушел с невероятно острой партии «кровного жребия» и надеялся вернуться и получить свой выигрыш.

— На это у тебя не будет времени, – мрачнея, прогудел Альдебаран. – Свои пристрастия к подобным играм оставь вне кабинета. – Он перевел взгляд на других. – Премного благодарен вам, примумы, что откликнулись столь быстро.

— У нас проблемы? – уточнила Окса.

— Не только у нас. Боюсь, что у всего Света.

Все удивленно нахмурились, лишь Габиум выжидающе вскинул брови, опершись локтем о камин.

Альдебаран кивнул в подтверждение своих же слов.

— Кое-что произошло в Люксорусе. Помимо Зербрага.

И он изложил им все, что поведала ему Бетельгейзе об Антаресе и монструме. Казалось, костер в камине поблек, темнота сгустилась в каждом углу, давя на души собравшихся. Сначала возникло праведное неверие, но Альдебаран никогда не был склонен шутить подобным образом. Его подручным пришлось смириться с тем, что рассказанное им – чистая правда.

— Так значит… Антарес жив? – кротко спросила Окса севшим голосом. Она взволнованно приложила ладонь к ключицам.

Альдебаран замялся. Он не хотел обманывать ни себя, ни других.

— Бетельгейзе сказала, что тот приземленный слился с обычным осколком. Не разумом. Это лишь память.

— Это шанс! – воскликнул Сириус. – Луц! Что тут можно обсуждать?! Мы должны выполнить приказ Бетельгейзе, вы же за этим нас тут собрали? А что, если там и правда не только память, но и…

— Мы не можем действовать исходя из одних догадок, – оборвал его Альдебаран. – Мне было поручено задание доставить этот осколок, чтобы ни одна посторонняя душа, помимо вас, об этом не узнала.