Книга Дорога на остров Рю, страница 95 – Кори Кагэяма

— О!.. – выдохнул он тем, что осталось от его рта после «поцелуя» демоницы. Под носом Мурены красовались малиновые обрывки плоти, перемешанные с желтой кожей. Кровавые ручейки заливали могучую шею и подбородок, но счастливого обладателя новой мощи это не беспокоило.

Как завороженная смотрела Хитоми на кошмарные превращения, которые происходили на ее глазах, когда внезапный крик Кейна вернул ее к реальности.

— Мама! – Кейн бросился к поникшей Камисори, приподнял ее голову и смахнул капюшон. Его глаза были распахнуты от ужаса.

Камисори менялась.

Облик белоснежной демоницы таял, словно воск, оставляя вместо себя совершенно иную картину. Лицо женщины, проступившее сквозь пелену метаморфоз, было знакомо Кейну больше, чем чье-либо другое.

— Мама, мама… – повторял он, убирая черные пряди волос с искаженного болью лица.

Столь многое открылось Кейну, что у него не находилось слов, чтобы выразить обрушившиеся на него эмоции. Так вот какая судьба постигла его мать! Вот что столько лет недоговаривал отец в ответ на бесконечные расспросы!

Мурена уже пришел в себя и задыхался в кровавом смехе, разбрызгивая вокруг себя алые капли. Удивительно, но он умудрялся произносить внятные слова, едва ворочая обрезком языка:

— Ах-ха-ха! Семейная традиция! Ха-ха… Не ты первый пал жертвой Камисори, парень! Не знал? Разумеется… Отец не сказал…

Было сложно разобрать половину сказанного, но смысл его слов и так был болезненно очевиден.

— Ха-ха… Да, тот улов был хорош, но сущность оказалась слишком сильна для твоей мамаши! Госпожа Ватанабэ не удержала демона, и он вселился в нее… Беда, беда… Но папа так любит деньги, что не упустил возможности зарабатывать и на семейном горе, хе…

Слезы покатились по щекам Кейна.

— О, не переживай так! – картинно заломил руки Мурена – Твоя мать была всего лишь упаковкой. Демон полностью поглощает человека, она ничего не помнит с того дня! Полностью поглощает… Да! Но только не меня!

Он любовно погладил прозрачный живот, в котором бесновалась бледная ящерица.

Несчастная женщина, теперь оказавшаяся в одежде Камисори, испытывала невероятные мучения. Она пыталась дотянуться до своего живота, но рукам не хватало сил, и они плетьми лежали на полу.

Кейн осторожно завернул край толстовки: все раны, нанесенные шилом в деревне, теперь обильно кровоточили. Демон покинул тело, которое утратило не только маску соблазнительницы, но и демоническую неуязвимость. Под женщиной быстро образовалась кровавая лужа. Глаза подернулись пеленой, мать Кейна не могла сфокусировать взгляд и явно не воспринимала происходящее вокруг.

— О! А вот это очень кстати, – засуетился Мурена. – Мы не должны потерять ни капли…

Черные песчинки тумана, к которым все настолько привыкли, что перестали обращать внимание, заклубились около его живота, собираясь в плотные вихри. Тонкие струйки-нити протянулись от Мурены к матери Кейна и коснулись кровавых отверстий в ее коже. Мгновенно кровь перестала хлестать, да и лужа под женщиной начала стремительно уменьшаться.

В недоумении Кейн посмотрел на Мурену и увидел, что его пустой живот наполняется кровью, словно водяной бак. Демон внутри исступленно запрыгал, поднимая волны и брызги, оставляя на прозрачных стенах красные разводы.

— Вот теперь все становится совсем хорошо… – басом мурлыкал гигант.