Книга Притворный герой, страница 48 – Медина Мирай

Он зашел в магазинчик на углу, самый бледный и непривлекательный среди всех, что он видел, пока гулял. По всей видимости, думал Эймери, дела у них не очень, но именно поэтому он его и выбрал. Хотелось купить еду у тех, кто в этом больше нуждался.

Внутри было чисто, но вся техника, от холодильников до кассы, выглядела словно с барахолки. Стены неоднократно обклеивались рекламой товаров, а плитка на полу местами потрескалась. И все же владельцы поддерживали порядок. Помимо Эймери тут были пожилая дама с корзинкой продуктов у кассы и девушка у отдела с чипсами. Она стояла спиной, лица он не увидел, но в груди почему-то тревожно екнуло.

В любом случае, он зашел, чтобы купить еды.

Эймери прошел мимо девушки, на ходу схватил с полки подвернувшуюся пачку сока и встал в кассовой зоне – у гриля с поджаривающимися сосисками. Работник, мужчина средних лет, подошел с любезной улыбкой, собрал прямо перед ним хот-дог, полил сырным соусом, кетчупом, упаковал в бумажный пакет и протянул. Оплатив покупки, Эймери вышел из магазина, сел на лавочку у дороги и начал свою маленькую трапезу. Расправился он с ней быстро: отчего-то хотелось как можно скорее покинуть это место. Он закинул обертку от хот-дога и пакет в мусорный бак, сделал несколько шагов от лавочки, как вдруг за спиной раздалось:

— Алексей!

Тело словно подожгли и тут же окунули в ледяную воду. Он не мог повернуться, поднять голову, даже вздохнуть. Вся улица с ее неумолчным говором будто вымерла. В ушах зазвенели приближающиеся шаги. Только их он сейчас и слышал.

— Эй, это ведь ты? – перед ним встала девушка, та самая, из магазина. Он узнал ее по высоким черным ботинкам.

— Алексе-е-ей! – Она ткнула его в лоб, заставляя посмотреть на себя, и пришлось поднять голову. – Помнишь меня? Я Эмили.

У Эймери потемнело в глазах. Когда-то давно, когда он еще был ребенком, это лицо врезалось ему в память, и даже спустя годы, несмотря на впавшие щеки, заострившиеся скулы и ставшие намного пухлее и ярче губы, он узнал бы ее из тысячи – по миндалевидным темно-карим глазам, темным кругам под ними и этой щели между зубами.

Это не могло происходить взаправду. Почему она еще жива? И если даже жива, почему так свободно разгуливает по улицам?

— Прием! – Она щелкнула пальцами, схватила Эймери за плечи и усадила обратно на скамейку. – Нам нужно столько всего обсудить! Ты чего скукожился? Так побледнел, будто увидел привидение. Испугался, что ли?

Эймери начинала бить мелкая дрожь. Пальцы похолодели, легкие словно сжали в кулаках. Каждый вздох давался через силу.

— Ладно, я все понимаю. – Она откинула за плечи распущенные волосы, некогда каштановые, а сейчас черные, и начала безмятежно болтать ногами. – В любом случае рада видеть тебя целым и невредимым. И выглядишь хорошо. Тебя все-таки усыновили, да?

— Нет, я… Скажем так. Сам по себе, – ответил Эймери неосознанно.

— Сам по себе, – повторила Эмили, будто хотела получше запомнить. – А я вот, тоже сбежала. Вырвалась прямо из рук мужика, которому меня хотели отдать, и рванула к трассе, чуть под машину не бросилась. Зато привлекла внимание и меня подобрала одна добрая женщина. Отвезли в детский дом, а оттуда я попала в многодетную семью.

Это звучало просто удивительно. При Эймери еще никому не удавалось сбежать без последствий. Обычно ловили и жестоко наказывали, а тут два побега подряд.