Книга Притворный герой, страница 58 – Медина Мирай

— Ты была бы лучшей антирекламой идиотизма и нахальства, – мрачно буркнула Тара. – Я пошла туда не ради денег, а чтобы донести до людей правду.

— Кому нужна твоя правда? – Шейла скривилась. – Всем плевать на этот теракт.

— А вот я бы так не сказала, – встряла другая одноклассница, Рут. – Вы видели лицо этого парня? У него не только глаза там светятся, но еще черты лица будто прорисованы янтарным!

— Интересно, эта чернота – это вообще что? – спросил кто-то из парней. – Типа защита?

— Мне кажется, у него правда такая кожа.

— Ах, – Шейла приложила ладонь к щеке и мечтательно посмотрела вверх. – А внешне он даже с этой чернотой ничего. И вроде высокий.

— А мне не нравится, – подал кто-то голос. – Как там вообще что-то оценивать можно?

— Ну вид у него правда жутковатый, – опасливо сказала Рут. – Прикиньте такое ночью увидеть… Ходячий фонарик!

— Этот «ходячий фонарик» спас людей! – парировала Тара. Чувствуя неожиданный прилив уверенности, желая заступиться за одного из своих спасителей и хоть так его отблагодарить, она продолжила: – Он многим рискнул, пойдя на уступки террористам! Очевидно, что для него было важно сохранять свою личность в тайне. Но он все равно ее раскрыл. И все ради других!

Цокнув языком, Шейла отмахнулась от нее, будто от назойливой мухи.

— Ой, я не верю в эти сказки. Мы не в кино про супергероев в нелепых костюмах.

— Да, в том-то и дело. У нас все серьезнее.

Наконец к ним присоединилась учительница, только-только отошедшая от фудтрака.

— Все собрались?.. – Она быстро посчитала класс по головам. – Все. Отплытие через двадцать минут, но, думаю, уже можем подниматься.

Маршрут парома «Ноэль» лежал от острова Статен до Атлантик Хайлендс через старый маяк и островок, на котором развернулась Национальная зона отдыха Гейтуэй. Изначально родители на пару с учительницей затеяли это, чтобы сплотить детей, но Тара подозревала, что из-за неминуемых склок с Шейлой к концу поездки разругается даже с теми, с кем пока сохраняет нормальные отношения.

Паром тронулся ровно в одиннадцать. Тара еще никогда на таком не была и вообще по возможности избегала воды. Ее пугали даже бассейны, что говорить о таких водоемах. Ну чем они лучше безопасной твердой земли? Такого же мнения она, кстати, придерживалась насчет прогулок по лесам, полетов в космос и освоения Антактиды. Почему люди просто не могут сидеть дома или гулять в парках? Почему ради отдыха, развлечений, любопытства и бессмысленных на взгляд Тары открытий они готовы так рисковать?

Задуматься о хрупкости жизни Тару впервые заставил отец, вернувшийся со службы хромым, с рассеченными руками и шрамом на щеке – от линии челюсти до нижнего века, в паре миллиметров от уцелевшего глаза. И все ради денег: папа хотел погасить долги перед банком, чтобы у них не забрали дом, из-за которого, собственно, они и влезли в кредит.

Думая об этом, Тара спохватилась, что так и не позвонила ему с корабля, как они договаривались. Она вышла из каюты, которую делила с одноклассницей, прошла по длинному светлому коридору, встала на палубе и набрала папин номер.

— Алло? – Он тут же поднял трубку. – Тара, ты уже на пароме?

— Да, минут двадцать, как отплыли.

— Хорошо, – выдохнул отец с облегчением. – Не то я уже собирался звонить.