Книга Притворный герой, страница 78 – Медина Мирай

Холод прошил Тень миллионами невидимых игл. Окна рядом затряслись. Он снова отвернулся в глупой надежде избавиться от этого ужасного чувства и велел себе: «Спокойно. Только не дай эмоциям овладеть тобой». Но Калипсо не замолкала:

— Ты не можешь вести две игры одновременно. Я знаю, откуда взялся твой страх навредить другим, поверь мне. Но пока ты не сделаешь выбор между настоящим геройством и игрой в героя, ты никогда не сможешь быть честен с самим собой и жить спокойно.

Тень сглотнул ком в горле, приложил руку к горячему лбу и тихо ответил:

— Я знаю. Думаешь, мне самому легко? Я думаю об этом каждый раз, но ничего не могу с собой сделать. Мне не хватает силы воли. Я ведь… буду очень сильно жалеть, если отступлюсь. А я просто ненавижу жалеть о чем-то.

— О, Мируэль, – она положила руку ему на плечо. – Мне столько всего хочется тебе сказать, но ты даже этих моих слов не можешь вынести. Ты пытаешься строить свой идеальный мир, где все живут дружно, но так никогда не будет. Кто как не ты должен это понимать.

— Я знаю, знаю, знаю! – он отвел руку от лба и вцепился в нее взглядом. – Я все знаю, Калипсо. Я сам устал и разрываюсь на части. Да, если бы не мои принципы, я, наверное, мог бы сделать мир лучше, но идеальным – все равно никогда. И мне трудно с этим смириться. Сколько бы мерзавцев я ни видел, каждый раз во мне будто что-то ломается. Ведь… это сбой в том идеальном мире, который я строю. Я не знаю в полной мере, почему они такие, – и теряюсь, ищу причины, оправдания, пытаюсь их спасти и изменить. Я совсем не такой, как Айрис. Ей все равно на причины. Она видит человека, оценивает его угрозу для общества и тут же принимает решение, устранить его или просто наказать. А я…

— Нерешительный. Боишься не справиться с последствиями.

— Я исправлю это, честно. Я буду стараться для этого.

Калипсо подошла к нему ближе, взяла за локоть и уткнулась щекой в его плечо.

— Видишь? Разве после этого ты можешь утверждать, что я тебя не понимаю?

Он отпрянул от нее, вырывая руку, и взглянул в глаза.

— Не надо.

Калипсо только сглотнула и опустила руки.

Раздался короткий сигнал. Тень открыл сообщение на телефоне. Номер незнакомый, а в окошке кто-то написал: «Мне нужно тебе кое-кого передать. Выходи на площадь один»

Разговоры не убедили отца остаться – даже теперь, когда Тара едва не погибла и нуждалась в его поддержке, как никогда. Оказалось, что он подписал контракт еще до ее звонка. Узнав об этом, Тара почувствовала себя обманутой. С самого начала он наплевал на ее мнение. Тот разговор нужен был только для того, чтобы поставить ее перед фактом.

Он уехал на подготовку вечером, оставив ее одну в доме наедине с со своими мыслями. Гнетущими, пугающими, не дающими вздохнуть полной грудью. Это были мысли о смерти, которой ей трижды удалось избежать за последние дни, и страшно было подумать, что это не последний раз, когда ей придется бороться за свою жизнь.

Не прошло и пяти минут, как она уже вызывала такси. Собрала вещи в рюкзак, захватила зарядку, выбежала из дома, закрыла дверь на ключ, запрыгнула в машину и умчалась прочь.

Спустя полчаса Тара была на месте.

Она все еще сомневалась в том, что это верное решение, но последний теракт ясно дал понять: она в опасности, и помочь ей могут только тут – в «Альтернате». Она шагала по площади быстро и уверенно, изредка оглядываясь по сторонам. Поднявшись по ступенькам, обнаружила металлические ограждения у входа и за ними – кучу полицейских, активных даже в такой поздний час.