Книга Детектив на лето, страница 63 – Татьяна Устинова, Людмила Мартова, Елена Дорош, и др.

Я росла в атмосфере чудес и волшебства. Легко предположить, что у меня не было другого выбора, кроме как пойти по ее стопам. Но я от души ненавидела цирк и все, где скрывается хоть какая-то опасность. Игнорировала любые виды деятельности, где есть адреналин, и не дотрагивалась ни до одного теткиного рабочего аксессуара. В итоге на легальных основаниях сбежала из дома, как только мне стукнуло восемнадцать, потому что поступила на факультет менеджмента и уже много лет работала в отделе кадров крупной строительной фирмы.

Огромный дом показался не сразу. Кусок сада закрывала рыжая кирпичная стена со стороны соседей. Но вот он выплыл во всей своей нелепости: высокий, в три этажа, дощатый фасад, выкрашенный когда-то в салатовый цвет. Окна отражали низкое бледное небо и еловые макушки. Кованая табличка на воротах висела чуть криво и сразу предупреждала: «Смотри, но не верь глазам». Иллюзия во владениях тетки начиналась уже с порога. Она проектировала свою дачу как лабиринт-аттракцион, обставляя комнаты кривыми зеркалами, увешивая стены картинами-обманками и оборудуя шкафы потайными дверцами.

Надо ли говорить, что я не любила эту дачу: все в ней казалось иллюзией, обманом. Я считала фокусы тетки играми, которые плохо заканчиваются, а ее образ жизни — неприлично эксцентричным. Два года назад мы с ней рассорились вдрызг. Она называла меня бездушным роботом, а я выпалила, что тетка прожила свою жизнь в мире фантомов. С тех пор мы не общались. Когда полгода назад тетки не стало, мне сообщил об этом Виктор Леонидович. Он, как преданный сторожевой пес, всегда был рядом. В детстве я думала, что у них роман, но потом поняла, что это особая форма отношений. Он ходил за ней по пятам, а она год за годом выбирала кавалеров помоложе. Со временем их отношения превратились в братско-сестринские. Ни она, ни он так и не создали семьи: у Анатолии была я, а у Виктора Леонидовича случались несерьезные романы.

Сердечный приступ настиг тетку, когда они были в театре вдвоем. Надо сказать, Анатолия всю жизнь дымила трубкой, мало ела, чтобы не поправляться, и никогда не посещала врачей. Это была ее принципиальная позиция. Возможно, если бы она принимала препараты от давления, прожила бы дольше. Когда я приехала на похороны, Виктор Леонидович сообщил, что примерно год назад у тетки уже был приступ, о котором она запретила распространяться журналистам, зато в это же время активно занялась вопросами завещания. И вот сейчас это самое завещание должны были огласить.

Меня встречали у ворот. Чуть впереди стоял бледный молодой человек в очках без оправы и футболке поло. Его звали Федор, но я о нем мало что знала. Видела только на похоронах. Он появился в жизни тетушки в последние два года, как раз после нашего разлада. Федор был нанят как личный помощник, разбирающий дневники и мемуары, которые она писала всю свою жизнь. По словам Виктора Леонидовича, тетка хотела выпустить книгу о своей жизни, и Федор ей в этом способствовал. Правда, тот же Виктор Леонидович, когда Федор только появился, высказывал опасения, как бы он не втерся в доверие к нашей старушке и не женился на ней, прибрав все к рукам. Ведь у тетки, помимо дома с землей, в собственности была четырехкомнатная квартира в центре города, машина, драгоценности и счет в банке, о котором многие говорили с придыханием.