Книга Инопланетный жиголо, страница 122 – Влада Верезова

И что меня поразило в этот момент. Член вошел легко, как по маслу, потому что я буквально истекала влагой. Я со стыдом услышала характерные хлюпающие звуки. Это что же получается, мне нравится такое обращение? Он что, был прав, когда утверждал, что я с удовольствием втянусь в его жесткие игры?

Но я решила не признаваться в том, что сейчас получаю сумасшедшее удовольствие на грани переносимости. Еще несколько таких толчков и я взорвусь. Но не смотря на явное наслаждение от процесса, мне захотелось назло сказать Дэрку гадость:

— Зорганец, ты — скот! Ты знаешь об этом?

— А ты ядовитая змея, милая! И не говори, что тебе сейчас не по кайфу, это будет наглое и подлое вранье, — выговорил он мне обрывочными фразами, чередуя их тяжелыми выдохами и стонами. Он явно отрывался на полную катушку, перейдя уже на запредельную скорость.

Мои впившиеся в край столешницы пальцы уже онемели, а кожа на тазовых косточках наверняка стерлась в кровь.

— Я сейчас кончу, родная. Давай и ты. Хочу вместе улететь.

И Дэрк просунул ладонь спереди у меня между ног. Он сделал всего несколько движений пальцами, и меня выгнуло дугой. В горле застрял стон. Меня буквально колотило от оргазма такой силы, что на миг мне показалось, что я сейчас свихнусь. Зорганец кончил следом и упал на мою спину всей своей массой, лишив возможности дышать.

— Ты меня сейчас задушишь, — прохрипела я на последнем выдохе кислорода.

Дэрк отстранился, и я смогла расправить легкие и вдохнуть.

— Попробуй еще хоть раз уснуть в обнимку со своим мальчиком, — прошипел он мне на ухо, притянув к себе мою голову за волосы, больно зажав их в кулаке. — И я тебя выпорю армейским ремнем с заклепками, а потом оттрахаю так, что ты ходить не сможешь.

Зорганец

Она лежит, распластавшись на столе, такая беззащитная и поэтому трогательная. Голая попка задрана вверх, на одной половинке еще розовеет след от моей ладони. Не хило я ее приложил. Надо будет другой раз умерить силу, у малышки нежная кожа. Хочется вылизать это место. Но сейчас не буду. Ей это не зайдет. Не в том настроении. Змеиные зубки хоть уже и спрятаны, но по ее раскрасневшимся щечками текут слезы обиды и бессильной злобы. Моя маленькая стервочка. Ведь знала, что ведет меня планомерно к срыву, но продолжала нагнетать. Значит, ей этого хотелось. Подсознательно.

Я усмехаюсь. Подхватываю на руки податливое, вымотанное моими стараниями, тело. Целую влажный от пота висок и несу крошку на свою кровать. Она доверчиво приваливается головой к моему плечу.

Испытываю ли я чувство жалости в этот момент? Мне не знакома эта эмоция.

Если я и мог когда-то в детстве что-то такое чувствовать, то эту способность мне выбили в закрытой военной школе. Первые несколько месяцев там были для меня настоящим адом. Меня избивали утром, в обед и вечером. Через день я лежал в лазарете. Регенерация у зорганцев очень быстрая. Я полностью восстанавливался уже на следующий день. Выходил и все шло по новому кругу. Утром меня избивали, чтобы я «был бодрым», в обед меня били старшеклассники в туалете, требуя почистить после них унитаз или подтереть чью- нибудь задницу. Я не соглашался и просыпался в очередной раз в лазарете. По вечерам меня били в спальне мои ровесники, толпой, потому что я не хотел голым танцевать им колыбельный танец.