Онлайн книга «Сделано с любовью»
|
У меня тоже, Кир. — Ты настоящая гейша, Айка… знаешь об этом? Теперь знаю. — Дождёшься меня? — Улетай. — Скажи… только честно, почему ты носишь моё кольцо? Что оно для тебя? Я оглядываюсь, чтобы видеть его глаза. Чтобы он тоже видел… — Это не украшение, Кир… Никогда им не было. Это то, что ты дарил мне на Рождество, – разрываю зрительный контакт и ухожу, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Прочь от соблазна, от слабости… Прочь от… — Ты вернёшься ко мне, Гейша! Слёзы брызгают из глаз, застилая пеленой мой путь… и оставляя за спиной горячую проталину. К его сердцу. «Никуда тебя не отпущу, Айка! Никогда!» Умоляю, Кирилл, не забудь. Глава 37 Аика Июль (продолжение) Когда просыпаешься в прекрасном настроении и ощущаешь себя полной сил и здоровья – это значит, что сон ещё не закончился. Но вот сквозь блаженное забытье прорезалось требовательное «мя-ау», яркий солнечный свет стал продираться сквозь сомкнутые веки, а чуткий нос ощутил тошнотворный запах блинчиков. Изнутри настойчиво постучали, затем пнули… ещё мгновение – и в животе завязалась бойня. Кони с яйцами, а не дети! Но, что ни говори, а дома всё же лучше, чем в больнице. Целых полтора летних месяца я провела на больничной койке, поглощая всякие полезности и ртом, и попой, и внутривенно. Это я лечила свою аномалию. Ну да, зверский токсикоз с января по июль – это вам не хухры-мухры! И я была очень терпеливой… Но всё, хватит! Я взбунтовалась, взвалила на себя ответственность, расписалась, где надо, и вуаля – здравствуй, дом… милый дом! Папа Паша по уши в шоке, Алекс в ярости, зато Стешка и Бегемот счастливы. О том, что она станет тёткой сразу двух племянников, Стешка узнала ещё в марте. И с тех пор сестрёнка не могла дождаться окончания школы и выпускных экзаменов, чтобы рвануть мне на подмогу. Папа Валик, ясное дело, был против. Он ведь и вуз для младшенькой присмотрел, и всяких ништячков пообещал, только бы дочка не сбежала из перспективной столицы в богом забытый Воронцовск. Это папа, конечно, напраслину возводит на наш замечательный город, но понять его можно – здесь он когда-то познакомился с мамой. Однако Стешка оказалась упрямой и неудержимой, и папа Валик сдался. Младшенькая, дурёха, даже на выпускной не осталась. С экзаменами отстрелялась, аттестат в зубы и в путь. Ну и папа с ней вместе примчался. Как раз в больнице они меня и застали. Бедный папа Валик аж дар речи потерял, как увидел большой глобус на тонких ножках, то есть меня. А потом его на слезу пробило, и на раскаянье, и на подарки. Ничего против подарков я не имею. А ещё папе Валику очень понравился наш дом и вместо запланированных трёх дней он прогостил у нас целую неделю. И каждый день навещал меня в больнице, а уж сколько всего накупил для будущих внуков! Алекс жутко психовала и рычала, что это плохая примета, но я считаю, что все эти приметы – бред собачий. Подарки закупались преимущественно с расчётом на мальчиков, потому что на втором УЗИ у одного из малышей разглядели яички. Алекс тогда очень сильно разнервничалась: — Боже мой, только я успела привыкнуть и смириться, что их будет двое, как выясняется, что они ещё и с яйцами! Звездец нашему спокойствию! Ну, Кирюха… ну, погоди у меня! — Саш, придержи фонтанчик, – ласково посоветовал ей Рябинин. – Нашей девочке опасно волноваться. |