Книга Сделано с любовью, страница 41 – Алиса Перова

— Да я вообще могу больше не жрать! – Алекс резко выскакивает из-за стола, но в комнату возвращается бабка со своими пажами и огромным тортом.

— Шурочка, куда? Начинается самое главное! – радостно объявляет именинница.

Ну, а дальше всё по старому сценарию – бабка задувает свечи под любимый хит «Воплей Видоплясова», а вокруг все дружно подпевают: «…Все тобі дарую, дарую в день народження»…

И – ура! – наконец-то ответственный момент!.. Стешке, как самой маленькой, первой выпадает право вручать подарок.

— Любимая б-бабулечка! П-поздравляю тебя с днём рождения! Желаю…

После долгого «бла-бла-бла» и стишка собственного сочинения Стефания вручила бабке очень симпатичный рисунок и браслет, который сама сплела из бисера. Пока бабка умиляется и кудахчет, рассыпаясь в благодарностях, я достаю из-под стола подарочный пакет и терпеливо жду своей очереди.

И вот Стешка торжественно объявила мой выход. Бабка мгновенно напряглась и уставилась на пакет, как на бомбу.

— Поздравляю, – глядя бабке в глаза, протягиваю пакет, но именинница даже не шевелится.

— Смотри скорее! – Стешка выхватила у меня подарок и впихнула бабке в руки, ну а той отступать уже некуда.

С явной неохотой виновница торжества запустила руку в пакет и извлекла тапки.

— Бабуль, я тоже помогала выбирать! – радостно чирикает сестрёнка, а я мысленно прошу её заткнуться и не подставляться ещё больше. – Там ещё розовые были, но Айчик сказала, что тебе по возрасту больше белые подойдут.

Отматывать уже некуда, и я спасаю то, что ещё можно спасти:

— Да, Стешка уговаривала взять розовые, но на них была скучная надпись…

Малышка пытается возразить, но я пинаю её под столом, и она замолкает, обиженно поджав губки.

В комнате стало очень тихо и все «семь я» уставились на вышитое напутствие, украшающее белые тапочки: «В добрый путь» – чёрным по белому.

— Ну ты и ду-ура! – первым отмер Санёк.

Алекс, прыснув в ладонь, зажала себе рот обеими руками и широко вытаращила глаза.

— А что, очень симпатичные тапки, – сориентировался вдруг папа. – Тёплые, наверное… жаль, мне по размеру не подойдут…

— Валик, ты совсем уже?! – заверещала мама, только что успев спрятать улыбку. – Ты хоть представляешь, что эта дрянь пожелала твоей маме?

— Д-доброго п-п-пути! – растерянно напомнила ей Стешка, но тут в меня полетели белые тапочки под громкий аккомпанемент очнувшейся бабки:

— Тва-арь поганая! Да пропади ты пропадом, отродье басурманское!

Бабка схватила со стола ещё какое-то метательное оружие, но я уже нырнула под стол и выскочила вовсе не там, где меня попыталась поймать разбушевавшаяся именинница.

Вылетев в прихожую, хватаю сапожки и курточку, но одеваться некогда – удираю в чём есть.

Ура! Свобода!

Аика

Шесть дет назад (продолжение)

Весна сегодня какая-то совсем не весенняя. Снег хрустит под ногами, морозец пощипывает нос и щёки, а я мчусь по утоптанной узкой тропинке, не замечая холода. Меня ведь Ли уже заждался! Почему же он не ответил? Не сбавляя темпа, набираю его номер… Абонент недоступен. И снова… и снова…

Пофиг – бывает! Мчусь дальше.

Ли был бы очень недоволен, узнай он о сегодняшнем вечере. Но кто ж ему расскажет? Ведь не сказать и обмануть – это же не одно и то же? Нет! Ли слишком правильный и всегда говорит, что семья – это самое главное и дорогое. Легко ему рассуждать, у него же нет в родственниках бабки Вали. А хотя… может, у него и похуже имеется – что я знаю о его родственниках? За три года, что мы знакомы, он очень мало говорил о себе, зато многому учил меня.