Онлайн книга «Территория нелюбви»
|
— Может, тебе снился Ричард? — Он никогда мне не снится… И Бабаня тоже… А жаль. Молчим. Папа пьёт ароматный кофе, а я давлюсь омлетом. — Айя, а ты скучаешь по Киеву? Неожиданный вопрос. Боюсь, там больше не осталось людей, по которым я могла бы скучать. Очень боюсь, что не осталось… — Ты мне почти не рассказывала, как тебе жилось там, — не сдаётся папа, так и не дождавшись моего ответа. — Только немного о дедушке и о своём учителе танцев… Учитель танцев… Красиво сказано! Ли обязательно посмеялся бы… И посмеётся!.. когда я ему расскажу. — Почему мать отправила тебя в Воронцовск? Тебя одну. Вы не ладили с отцом?.. Ну, то есть с тем мужиком… — Я поняла, — избавляю папу от неловких пояснений. — Нет, папа Валик нормальный, он никогда меня не обижал… — А кто обижал? — рыкнул папа Паша, сдавив ладонями край столешницы. — Пап, меня не так-то легко обидеть, — я улыбаюсь и засовываю в рот очередной несъедобный кусок. — Извини… просто не так давно твоя мать кое-что рассказала. Но по понятным причинам мне хотелось бы услышать это от тебя. Молчу. Мама, конечно, могла наговорить, что угодно… Только зачем о неприятном знать папе? Чтобы он злился и мучился? И зачем мне лишний раз вспоминать о плохом? В моей жизни было много хорошего — вот об этом я и говорила папе. Я рассказывала ему, как дед учил меня ловить рыбу, забивать гвозди, пилить доски и правильно лупить мальчишек. Говорила, как меня воспитывал Ли, помогая стать быстрой, ловкой, гибкой, терпеливой. О его наказаниях папе было знать необязательно. А ещё я говорила о море, каким его видел Ли. О Бабане я тоже вспоминала только хорошее, хотя папа недоверчиво хмурился — репутация у моей бабули была неважнецкая. И пусть не сразу, но мы всё же неплохо поладили… — Твоя мать говорила, что тебе грозила колония, — папа устал ждать моего ответа. Но тут же поспешил добавить: — Это никак не может изменить моего к тебе отношения. Просто я надеялся, что ты сама мне расскажешь. — Колония по мне, может, и стонала, да только возрастом я не вышла. Когда я уехала из Киева, мне было тринадцать. Вместо вопроса «Почему уехала?» папа нетерпеливо вздохнул, и я не стала его мучить: — Я выбила бабке Вале зубы. — Все? — невозмутимо уточнил папа. — Все передние. — Нунчаками? — очередное бесстрастное уточнение. — Много чести для этой крысы! Нет, я её толкнула, и она пересчитала зубами ступеньки крыльца. А потом я подошла ближе и заставила её ещё несколько раз посчитать нижнюю ступеньку. Папина мимика так и не изменилась, только глаза слегка округлились. — Наверняка у тебя на это были очень веские причины? — Наверняка. И я нисколько не жалею об этом. А хотя нет… Жалею, что не все зубы. — Ты мне расскажешь? — Не знаю. Может быть… когда-нибудь. — Девочка моя, — произнёс папа очень вкрадчиво и ласково, — скажи, а ты больше мстить никому не планируешь? — Это была не месть! — я заметила, что перешла на рык лишь по папиным вытаращенным глазам, и заговорила спокойнее: — Я ничего не планировала, а для бабки это лишь незначительная отдача! Как если бы ты стрелял из ружья на поражение… Твоя пуля попала в сердце, а тебе только прикладом плечо осушило. — Ну, зубы — это всё же не плечо… — И не сердце! — я резко встала из-за стола. — И не сердце, — тихо ответил папа. — Айя, я просто волнуюсь за тебя. |