Книга Территория нелюбви, страница 65 – Алиса Перова

Мои нунчаки, как стремительные молнии, разрезают воздух… Я контролирую дыхание и наращиваю темп…

— Это кто там шастает по двору, а?

Увлечённая тренировкой, я не сразу понимаю, откуда доносится этот скрипучий противный голос.

— Эй, а ну брысь отсель, пока я не позвонила куда следует! Ишь!..

Это позади меня, за ограждением. Я складываю своё оружие, цепляю на лицо улыбку «для клиентов» и разворачиваюсь к незваным гостям. Хм… к гостье!

Мне срочно нужен забор. Двухметровый!

Старая перечница просунула свой мясистый шнобель сквозь ячейку сетки и подозрительно таращится на меня маленькими подслеповатыми глазками. Персональный рай, называется… Проходной двор! А эта дотошная проныра — моя ближайшая соседка.

— Здорово, шаболда! — Ричард со своей рябины вежливо приветствует старуху.

— Чего сказала-то?.. — нахмурилась она, глядя на меня.

— Говорю, здравствуйте! Погода хорошая!.. — я предостерегающе зыркнула на Ричи, памятуя, что он терпеть не может, когда с ним не здороваются.

Не стерпел и сейчас…

— Шалава! — добавил он и отправил бабку по маршруту, уже наверняка ею забытому. Мне же осталось лишь улыбаться.

И вот тут-то она и поняла, что дело нечисто, и заозиралась по сторонам. А Ричарда будто прорвало — он вдруг решил освежить себе память и выдал весь русский могучий, что в своё время успела вложить в него Бабаня. Надо сказать, преподавала она доходчиво — и детям за партой, и ворону на суку.

Старуха, когда разглядела, кто её благословляет, чуть богу душу не отдала. Какая уж тут тренировка? Пришлось извиняться за пернатого оратора, а потом забалтывать соседку и удовлетворять её неуёмное любопытство, пуская в ход профессиональные чары. В душе я, конечно, солидарна с Ричи, но враги среди новых соседей мне пока не нужны. Пока я не отгородилась от них.

Под пристальным наблюдением старухи и градом её вопросов я выгрузила из багажника контейнеры с саженцами и садовый инвентарь.

— Поздновато сажать задумали! — квакнула карга.

Да пошла ты, специалистка!

— А ты что это, никак сама рулишь? — последовал очередной и очень негодующий окрик. — Да куда ж родители смотрят?! Тебе годов-то сколько, соплюха?

Настроение работать напрочь пропало. А сорвусь сейчас на бабку, и Ричард мигом подключится. И капец старушенции! Игнорируя её возмущённые комментарии, я закрутила проволочкой калитку, прыгнула в машину и рванула с пробуксовкой, беспощадно обстреляв соседку гравием из-под колёс. Врубила музыку погромче, чтобы не слушать напутственные проклятия, и — домой! Ричи нагнал меня только за поворотом. Притормозив, я открыла ему дверцу и не сдержалась:

— Козёл ты, Ричард!

— Шалава!

Вот и поговорили!

А дома… Сизый туман! И не продохнуть!

Врываюсь в кухню — над горящей конфоркой чернеет некогда белая кастрюля с каким-то опасным содержимым, а рядом за столом сидит Стешка в весёленькой пижамке, уткнувшись носом в ноутбук. Слышу остервенелое карканье с балкона — Ричи даже оттуда учуял.

— Стеф, у тебя тампоны в ноздрях? — рявкаю на неё, выключив плиту и распахивая настежь окно.

— Ой, а чем это так воняет? — она поднимает на меня испуганные и слезящиеся от гари глаза.

— Твоим кулинарным шедевром, надо полагать!

— П-правда? Ой, прости, Айчик… А я… хотела тебе к-кашку рисовую сварить…

К-кашка и вышла!