Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Соседний стол квакал «Я-а! Я-а!» и подмигивал Милке: — Рашн супервуман? Даст ист фантастиш!!! Милка же молчала, краснела, потела и думала: «Все! Больше не пью!» Джозефу надоело смотреть Херушкин стриптиз и он вежливо попросил его пройти с ним вместе к доктору. Голландец заверил, что у доктора уже был. — Ну и слава Богу!.. Не трогали они тебя. — А кто тогда меня трогал? — трясся Херушка, пытаясь закатать шорты к шее. — Кто вот это царапал? Ситуацию спас Шалуфа, вовремя появившийся на террасе: — Пока не заживешь, в море не полезешь… — тихо сказал он. — Э-хе-хе… Говорил же: с русскими пить нельзя… Херрит в последний раз метнул испепеляющий взгляд на неприятность. Та вжалась в стул: — Теперь он ко мне вообще подойти побоится… А если я подойду — убежит… — горевала она. — Зачем тебе это чмо? — сердито спросила Нонна. — Обрати внимание лучше на Стасика! Тем более он мне признался вчера, что ты ему нравишься… — Да… Но Херушка красивый такой… Иринка подавилась пиццей: — Особенно сейчас. Ужас, какая красота. Где ему привиделось, что ты на него нападала? — Я правда ничего не помню. Может, и царапнула где… Ножницами. Нонка фыркнула и махнула рукой: — Чтобы так изрезать, надо электрической пилой было стричь! Нет! Это не ты. — А кто? — Не мы! — вставила Лана. — Я и Иринка самые трезвые были! Мухаммед — свидетель! — И не я, — задумчиво проговорила Нонна, — меня вообще в той комнате не было… — Бабы, это не наших рук дело. Мы с Ланкой и Мухаммедом его до комнаты доставили, он уже спал и никаких ран на нем не было!!! — подытожила Ирина и все решили плюнуть на выяснение причин Херритовского инвалидства. Сам виноват. — Может и правда, Стасик — твоя судьба? — грустно поглядела на Милу Лана. — Ты просто не осознаешь пока… — Ты вон тоже… поздно осознала… — буркнула Милка и засобиралась. — Пойду домой. — Да ладно тебе расстраиваться! Сколько на земле красивых мужиков! — Стасик, кстати, симпатичный до безобразия… — Глаза, улыбка, усы… — Всегда с холодным оружием! — Защита и оборона… — Идите на хрен, — обиженно прогундосила Милка и быстро засеменила через пляж к корпусу контрактников. Джозеф покачал головой: — Обиделась… — А чего Херрит, не разобравшись, орет? — возмутились девочки. — Джозеф, я тебе клянусь, никто его из нас не трогал, — торжественно сообщила Нонна и вдруг быстро приняла позу царицы Клеопатры, томно развалившейся в ожидании Антония: на террасу поднималась большая группа винсерфингистов. — Да я верю, что вы не могли. Там должен был полк с саблями постараться… — вздохнул Джозеф и тоже засобирался вслед за Милкой. Виндсерфингисты, народ чумовой, веселый и бесшабашный, оккупировали барную стойку и шумно загалдели. — Пока, Мэтр, — сказали Ирина и Лана, а Нонка медленно встала, потянулась, изобразив, что ей ужасно скучно: — Пить что-нибудь будете? Я схожу… — и сексуальной походкой подефилировала к бару. — О! Али опять идет на… — прокомментировала Ирусик. — Мужика за такие дела хоть кастрировать можно. У этой не знаю, чего отрезать, чтобы успокоилась. — Ермолаича вспомни, — посоветовала Лана. — Он говорил, что надо за сиську к ноге привязывать… — Привет, красавицы! — рядом со столиком неожиданно вырос секьюрити Ебейд. — Привет, — поздоровались девочки, — кофе будешь? У нас Нонка сегодня обслуживает… |