Онлайн книга «Рывок в будущее»
|
Казаки, уже не сдерживаясь, залились хохотом. МОСКВА. ТВЕРСКАЯ ДОРОГА. ВОРОТА В МОСКВУ. 31 января 1754 года Если вы думаете, что император въезжал в Москву во главе колонны войск на белом коне, то ошибаетесь. Во-первых, я не идиот двигаться показушно впереди планеты всей. Да и печальной судьбы императрицы Елизаветы Петровны я не спешил повторить. А, во-вторых, конь у меня был мой обычный – изабелловой или, если угодно, светло-соловой масти. Когда-то такая масть считалась выбраковкой породы, но почему-то заводчики и ценители так считать перестали после моего прибытия из Голштинии и нашей шведской кампании. Тем более, перестали так считать после моего триумфа при Маастрихте. Да и вообще… Теперь жеребцы и кобылы такой масти резко взлетели в цене. После моего-то восшествия на престол Всероссийский особенно. В общем, двигалась колонна в сторону Первопрестольной. Да, мы доехали. В общем. Уже пригороды большого города. Не Москва моего времени в двадцать миллионов человек, но вполне крупный город по здешним меркам. Впереди, разумеется, двигался авангард. Впереди авангарда разведка, дозорные и боевое охранение. Затем уж я со свитой и своей личной гвардией. Затем вся моя армия на много верст. Всадники, сани, пушки, лыжники, огромный обоз (а это самое главное в любом войске и на любой войне), вспомогательные части, в том числе с развеселыми девицами и ушлыми перекупщиками (тоже неизбежность любой войны), затем уж арьергард, конные разъезды и арьергардные дозоры. Нет, я не планировал брать Москву штурмом. Я вообще не ожидал никаких особых эксцессов после получения подтверждения о гибели императрицы. Первопрестольная пусть все еще кое-где горела, но это остаточное явление. Те поджигатели и смутьяны, кого солдаты не повесили или толпа не пришибла, заслышав о моем приближении, либо быстро покинули город, либо затаились, слившись с толпой. Армия мне нужна была для демонстрации силы, власти и прав, а также для проекции всего этого на окружающую меня действительность. Прискакал с головы колонны гонец: — Ваше императорское величество! Там впереди вроде целая почетная делегация. Лучшие люди. Вас вышли встречать. С хлебом-солью. Уважить хотят. Вот передали вашему величеству. Он протянул мне конверт. Ломаю сургуч. Читаю. Ну да, бла-бла-бла. Как и всегда, в таких случаях. Но чрезвычайно верноподданнически! Придется-таки ехать лично, прикрываемым лишь отрядом личной гвардии. Что ж. — Гвардия со мной. МОСКВА. ПЕТРОВСКИЙ ДВОРЕЦ. МАЛАЯ КАМИННАЯ. 1 февраля 1754 года Огонь камина. За окном темный Кремль. Я не стал там ночевать. Мрачно там. В леднике мертвецкой лежат убитые на той лесной дороге. И Разумовский. И Матушка. И дочь их. Опознать можно, но даже я, повидавший всякое, вздрогнул. В мое время не додумались использовать лед в качестве шрапнели. Хотя, казалось бы, несколько бочек пороха и возы с блоками нарезанного речного льда на обочине дороги – что тут необычного? Бабах. Следствие установило, что в карете императрицы все погибли мгновенно. Их просто порубало почти в фарш. Порубало и конвой. Хотя кое-кого явно добивали. А вот куда делся Иван Третий? Вопрос с престолонаследием неожиданно для меня не был таким уж сложным. Что-то намудрили заговорщики и как-то версия с «Иоанном Третьим» в народ не сильно зашла. Во-первых, Иванов вдруг оказалось сразу несколько, во-вторых, явно с организацией сего было плохо и самозванцев выставили сугубо для отвлечения и хаоса, тему проработали спустя рукава. Да и захват башни телеграфа мало что изменил, разве что породил непонятности в первые часы. Мой «мятеж» с моей стороны линии телеграфа был принят как само собой разумеющийся факт. Новгород и Тверь присягнули Петру Федоровичу почти сразу. Со стороны Москвы известие о том, что некий «Иоанн Третий» назначил канцлера графа Бестужева-Рюмина главой власти, тоже не встретило понимания и сочувствия. А «назначенный» для Санкт-Петербурга в правящие регенты московский градоначальник и глава Сената князь Трубецкой только от меня и узнал об этом. В общем, известие о гибели императрицы не произвело каких-то тектонических сдвигов в сознании элит и масс. Хотя, вероятно, мятежники именно на это рассчитывали. Но народ вздохнул и лишь пожал плечами. Погибла Матушка. Бывает. Все под Богом ходим. Значит, у нас теперь новый император – Петр Федорович. |