Книга 2022. Кровь Миров, страница 150 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Официально.

— Полсотни первый. Здесь Две сотни четвёртый.

Измайлов выдохнул.

— Полсотни первый. Вызываю огонь на себя.

— Принято, Две сотни четвёртый. Укрывайтесь.

— Парни, бегом в подвалы! Бегом!!!

Ему ещё предстоит ответить за этот «огонь на себя». Это совсем не шутки. Здесь нет русских.

«Огонь на себя» – это огонь с неба. Орбитальный удар.

Мог ли вызвать такой удар простой лейтенант? Да, мог. Если он простой лейтенант Космодесанта. Он ответит потом, если останется жив. Но право он имел.

Бегом вниз. Быстрее. Быстрее!

Пофиг на свистящие пули и взрывы. Скоро тут некому будет стрелять.

Даст Бог, если тут вообще кто-то останется в живых.

— Быстрее, парни!!!

Снаружи полыхнуло. Солнце взошло в джунглях.

Лейтенант Измайлов не добежал до подвала три метра…

* * *

ИМПЕРИЯ ТРЁХ МИРОВ. ТЕРРА. РОССИЯ. ЕНИСЕЙСКИЙ КРАЙ. ЗЕМЛЯ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II. ГИДРОПОЛИС «САДКО». 19 сентября 2022 года

Борис Фёдорович закрыл электронные «Биржевыя Вѣдомости», в Питере неспокойно, да и по России волны расходятся. Биржи волнуются, депутаты мутят, улицы бурлят. Ухтомские задёргались, опять Орханова вирши выпустили. Надо будет завтра слетать, успокоить, а то всю игру сломают. Их маклеры уже чудят, только «рыбу» пугают. Но звонить Борис не будет. Уведомит с хангаром, пусть Дий Валерьевич побеспокоится. Так и напишет Борис: «Иду на Вы. Завтра. Встречай».

Борис улыбнулся. Вспомнилось, как они тогда с «Дыней» Ухтомским чудили по младости в «Звёздном». Хороший был товарищ, а теперь вот разбаловался, многого хочет. Но его можно понять. Под ним сплошные «доны Сильверы» да «Робин Гуды», а эти зубастики чуют, что скоро объемы морской торговли рухнут, с ними рухнут и их барыши. Марс же далеко, и без помощи Романовых им его не поднять никак.

Ладно, пугать не будем. Напишем скромнее: «Жди. Завтра. В гости». Дий умный, поймёт, что нужно остановиться и лишнего не предпринимать.

* * *

ИМПЕРИЯ ТРЁХ МИРОВ. ЛУННАЯ ОРБИТА. КОСМИЧЕСКИЙ ГОРОД «ГРИЗОДУБОВА». 19 сентября 2022 г.

— Проходи, проходи, Алисочка, – директриса перинатального центра на «Гризодубовой», улыбнувшись, подозвала рукой ученицу.

Гостья подошла и приобняла свою университетскую профессорессу.

— Здравствуйте, Марта Эрнстовна.

— Здравствуй-здравствуй, Селезнёва, – отстранилась хозяйка после объятий, – заставили вы меня с Борутом Домиславовичем вспомнить, как работать с анализатором!

— Ну, простите. А…

— Понимаю, понимаю, хочешь сама посмотреть? – прервала профессоресса Майстренко её политесы.

Селезнёва кивнула.

— В конфокальный микроскоп – там как раз самое интересное, – поворачиваясь к лабораторному столу, распорядилась директриса.

Алиса, прямо как на первом курсе завороженно прильнула к окулярам.

— Что видишь?

— Здоровая бластоциста, судя по всему, четвертый-пятый день, – не отрываясь ответила Селезнёва.

— Восьмой.

— Восьмой? Но ведь она уже должна…

— Да, Алисочка, должна уже прикрепиться к матке, – повернулась к гостье Майстренко, – и её «сестрёнки» вполне себе прикрепились три-четыре дня назад.

— Удачно? – с долей надежды в голосе сказала Селезнёва.

— Имплантировались? Да! – обнадёжила Марта Эрастовна. – Добавь-ка ручкой дозатора, питание и тепло к бластоцисте.

Алиса вернулась к окулярам, привычно крутя ручки приборов.

Несколько минут она молчала, наблюдая.