Онлайн книга «Огнем и Мечом»
|
Кто же так накрутил моего генерала? Вчера мне было не до беседы с ним. Воздвижение Креста Господня — двунадесятый господский праздник, у меня полдня на службы ушло, а вторая на арсеналы да госпитали. И, главное, зачем паниковать? Даже если Ганновер пал, то нам только польза. Война фактически заканчивается. Пруссию мы с Францией и Англией быстро дожмём. Может даже без нас справятся. Конечно, я рассчитывал на большее. И в части земель и тренировки армии. Но, с другой стороны меньше денег потратим, и людей сохраним. А с нас и Восточной Пруссии хватит. К присяге мы тамошних обывателей привели, Царство Прусское в титул мой включили, Канта на факультет философии в Москву наняли, осталось только Кёнигсберг переименовать. В Царск или Королевец, а может в Балтийск. Никто против не будет. Швеция вернёт себе Штеттин, Австрия Силезию, Франция кое-что в колониях и может ещё Клеве с Бергом прихватит. Так что… В целом, битва при Гросс-Егерсдорфе родила новую Легенду, вдобавок к Легендам Маастрихте и Гельсингфорса. И пусть я не командовал непосредственно войсками в Гросс-Егерсдорфе, но всё понимали, что без меня эта победа бы не состоялась или была бы не такой блестящей. В общем, мой авторитет снова вырос. Вообще же, мы и при Елизавете Петровне готовились, и при мне готовились. Я не стал повторять некоторых её ошибок. Например, не назначил Апраксина командовать армией, сразу назначив Салтыкова. Подготовка к сражению была проведена намного лучше, а то тот же Апраксин, имея кратно превосходящую пруссов армию, умудрился даже не провести разведку местности перед боем и растянул сильно свои силы, дав пруссакам возможность занять лучшие позиции и активным внезапным манёвром серьезно потрепать наши войска на марше. Да и полно других ошибок наделал Апраксин, осторожничая и уверенный в том, что Фридриха победить невозможно. С графом Салтыковым я потратил много времени на подготовку к сражению. И к войне в целом. Перед войной возможные (и памятные мне) места сражений посещали наши дипломаты, военные и купцы, внимательно изучая местность. Во время марша и во время сражения мы активно использовали воздушные шары с наблюдателями. Шары двигались вместе с войсками, привязанные к подводам, гружённым камнями и песком, которые тащили вперед четыре или шесть лошадей в упряжке. Темп движения колонны был сохранён, а голубиная почта давала Салтыкову и его генералам информацию о реальной местности вокруг и не допускала внезапного удара по нашим войскам. Кроме того, летучие отряды гусар и калмыков обеспечивали непосредственные данные с поля, корректируя данные от наблюдателей воздушных шаров. С воздуха тоже не всё видно. Леса и овраги с кустами могут прятать неприятеля и их батареи. Так что доразведка проводилась со всем тщанием, давая возможность отцам-командирам ясно видеть местность, противника, учитывать всякие моменты и вносить поправки в схему сражения. У нас было кратно больше пушек, чем у прусской армии. Полковая артиллерия, артиллерия полевая, секретные дальнобойные гаубицы числом в сто единиц. У нас было намного больше боеприпасов и для пушек, и для ружей, и для оружия кавалерии, по сравнению и с войском Пруссии, и несостоявшейся армии Апраксина. Благо российская промышленность могла производить предостаточно и вооружений, и боеприпасов, а выстроенная железнодорожная, речная и морская логистика позволяла накапливать это всё счастье на складах ближе к западным границам. Я помнил ситуацию в русско-шведской войне, когда у шведов на бумаге всё было хорошо, а потом, внезапно, склады оказались пусты. Мы старались категорически этого не допускать. |