Книга Огнем и Мечом, страница 84 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Все планы боёв и строительство надо ускорить.

— Иван, — позвал я своего флигель-адъютанта.

— Да, Ваше Императорское Величество, — князь Барятинский возник в моей двери.

— Извести членов Ставки что я собираю всех, — дал я распоряжение, — через четыре часа. И сообщи каждому приватно, что турки войну объявили, ступай.

Полковник «взял под козырёк». Иван Сергеевич расторопен и смел, отдавая ему поручение или приказ я всегда был уверен что они будут исполнены.

* * *

ОТТОМАНСКИЙ ХАЛИФАТ. АЧ-КАЛА. 14 июня 1760 г.

«Ну-ка гренадёры — надевай мундёры»…

Колонна Первого гренадерского полка пела слажено.

'Проверяй затворы, расправляй усы!

Только-бы пуля, да буря-непогода

С дуру не попортила нашей красы!'

Иван оглядел вверенный ему третьего дня второй батальон. Орлы! Все как на подбор с иголочки. Под камзолами легкие стальные кирасы. На суконных митрах стальные же, с начищенными до блеска двухглавыми орлами налобники с кожаным козырьком. У самого комбата такая же митра, только кожаная да орел позолоченный и кираса попрочнее. Позолота, офицерский горжет, да три звезды на погонах подполковника не сильно его заботят. Даже если есть у турок его вчерашние коллеги-меткачи, то отличие Анучина от своих солдат трудно будет рассмотреть. Будь он с фузилёрами так приметен, был бы его эспонтон с серебряной кистью. А у его солдат в строе каждый десятый тоже с удобной для бомбард рункой. Попробуй её со стены от эсподона отличи. У остальных ружья с примкнутым штыком. Зарядка с казны. Так что можно хоть на ходу перезарядить. Но пока не до того. У унтеров и офицеров штуцера есть и пистоли. До них и бебутов дойдёт, как удастся стены пройти.

Пока комбат рассуждал, песня пошла по новому кругу.

' Эй, гренадёры, отставить разговоры,

Запевала нашу запевай

И не щадея глоток и не жалея пяток

В направлении Берлина выступай.'

Анучин попал в батальонные командиры из госпиталя. Его орлы где-то под Керчью, а он-то, как по весне простудился, так два месяца в Казы-кермена в госпитале у дивизионного врача Полетики и пролежал. Еле выкарабкался, спасибо Ивану Андреевичу. Побольше бы таких русских врачей.

В конце мая турки объявили войну. В госпиталях готовились к приему новых раненых. Выздоравливающих отправили долечиваться в осадную армию. Четыре дня назад Иван сюда и прибыл. Старый его знакомец, граф Румянцев, командовавший осадой Ач-калы поставил его временно на батальон гренадерского полка. Прежний комбат сейчас полком командует, а генерал-майор Чернышев повышен до командира дивизии и ведет их «вторую колонну» на штурм крепости. Вот и доверили Ивану батальоном командовать. Так вот строевым командиром Анучин и стал.

Не его профиль? Ну, так зря что ли на Стратегических курсах учился? Да особой нужды ему тут изворотливость ума применять не надо. Солдаты обучены, дисциплинированы. Офицеры боевые: все или у Цорндорфа бились или на Маастрихт хаживали. Так что, немало и знакомцев. Труса уж точно не будут праздновать.

Вот и ведет он своих солдат к огрызающейся турецкой крепости. Ключу от Днепровского лимана. Начали на рассвете тихо, но турки быстро опомнились и первую атаку отбросили. Потому и поют сейчас гренадеры не таясь. Но, турки их не слышат. Ворота и стены русская артиллерия сносит. Окопались артиллеристы за год хорошо, так что пока ими и заняты пушкари турецкие. С моря вон тоже грохот доносится. Значит какие-никакие корабли из Белховича дошли и не дают турку с моря по гренадерам стрелять.