Книга Бунт и Империя, страница 48 – Владимир Бабкин

Но, как бы то ни было, на наши переглядывания и перемигивания с Леночкой она никак не реагирует. И особого скандала вечером я тоже не ожидаю. Не первый раз такое происходит у неё на глазах.

Молчит. Делает вид, что её сие не касается. В конце концов, Елена мне хоть и не дочь (и Лина это знает), но ведь и не девка с улицы. А мелкие шалости жена мне прощает и сцен не устраивает.

Ну, и слава Богу.

— Пап…

Поднимаю голову.

Миша.

— Пап, я не отвлекаю?

— Нет, сын, присаживайся. На бревне места хватит.

Михаил присел рядом. Помолчал, глядя в огонь. Пришёл явно не просто посидеть, но не решается.

— Как служба? Готов принять корабль под командование?

Тот вздохнул.

— Вот я об этом и пришёл… поговорить.

Киваю.

— Ну, говори, раз пришёл.

Пауза. Прутик подброшен в костёр.

— Пап, я тут давеча встречался со своим первым офицером. Князь Долгоруков, хоть и молод, но очень толковый офицер. Тоже уже капитан-лейтенант. Довольно откровенно, хотя и холодно поговорили. Его достоинство и его же недостаток — не умеет льстиво улыбаться, а рубит правду-матку. Не знаю, каков он в бою и в командовании кораблём, но, в целом, мне он понравился. Честен. Умён. Как ты выражаешься: «С ним бы я в разведку пошёл».

Рисую своим прутиком рожицу на утоптанной земле.

— И это при том, что наговорил он тебе кучу гадостей.

Кивок.

— Вот потому бы и пошёл. Нет у него камня за пазухой.

— Понимаю. И?

— Понимаешь? Твоё ведь распоряжение назначить меня командиром шлюпа «Кальмиус»?

— Моё. Тебе надо начинать чем-то командовать. «Кальмиус» — не худший корабль своего класса. Пусть и не фрегат. Тебе двадцать два года. Ты — капитан-лейтенант. Пора остепеняться.

— Я понимаю. Но, ты не учитываешь некоторые моменты. Это флот. Не пехота и даже не артиллерия.

Нарисовал я себе на земле собачку. Весёлую такую. Озорную. С хвостом.

— Ну, мне из Царского не видно. Так что поведал тебе князь?

Хмурое:

— Да, что… Я это и так знал, но… В общем, князь был полон обоснованных надежд, что командовать «Кальмиусом» назначат его самого. Отличный корабль, как ты сам выразился…

— Я сказал «не худший», но, не суть.

— Да, точно, «не худший». Отличная мореходность, хорошие скорость и манёвренность позволяют осуществлять дальнюю разведку в интересах эскадры. Двадцать четыре орудия позволяют, при случае, дать бой. Пусть не целой эскадре, но, вполне позволяют огрызнуться и уйти. Не говоря уж о захвате всяких вражеских транспортов и вспомогательных судов. Паровая машина опять же. Всем хорош корабль. Только вот формировал офицеров сам князь под патронажем родни и Адмиралтейства. Долгоруков ведь. Это назначение для него должно было стать ступенью в карьерной лестнице. Теперь назначили меня. Его лишь первым офицером при мне. Команда, насколько я понимаю, подтрунивают над ним. Мол, подсуетился он для Августейшего. Будет тот целыми днями сидеть в офицерском собрании и играть в карты, попивая вино. А на корабле отдуваться будут князь да его офицеры. И боцман. Боевой корабль превратится в прогулочную яхту для выгула всяких знатных барышень, ибо никуда больше шлюп не отпустят. Не дай Бог бой какой, а на корабле сам Августейший. А вдруг поцарапается ненароком? Что скажут в Царском? Так и простоит корабль у причальной стенки полгода-год, пока Великий Князь не получит отметку, что ценз командования шлюпом пройден на отлично и офицер сей достоин всяческих поощрений и назначения на командование каким-нибудь фрегатом, которому не повезёт.