Книга Империя. Знамя над миром, страница 113 – Владимир Бабкин

— Штурмовики и пикировщики?

— Штурмовик Су-8 продолжает поступать в войска. В настоящее время нашей промышленностью освоены модификации «Д» и «Е» данной машины. В настоящее время ИВВС имеют в своём составе 9771 машину всех модификаций, включая 654 учебные. К лету следующего года в войска должно поступить ещё не менее 12 тысяч штурмовиков. Основной пикировщик – самолёт Пе-2. В войсках находится 11 430 машин.

Что ж, штурмовиков и пикировщиков у нас действительно много. В случае чего ближайшая прифронтовая зона будет нами контролироваться вполне надёжно.

— Вертолёты?

Горшков заглянул в другой лист.

— Многоцелевые СиВ-2 «Конёк-горбунок». Выпущено 3000 единиц. Тяжелые ударно-штурмовые СиВ-14 «Беркут» – 2400 вертолётов всех модификаций. Десантно-штурмовые Юр-5 «Кречет» – 2200 машин в строю. Че-3 «Орлан», тяжёлый многоцелевой вертолёт повышенной грузоподъемности. 661 вертолёт в войсках и в МинСпасе. Воздушный командный пункт Бр-7 «Филин». В строю 352 машины. Многоцелевой вертолёт морской пехоты Ка-2 «Сапсан». 319 машин. Морской противолодочный Ка-8 «Альбатрос». На вооружении состоит 518 машин всех типов. Все машины продолжают выпускаться и при необходимости объем производства может быть увеличен на 50–60 процентов.

Ну, хоть с вертолётами у нас не так уж и плохо. Кстати, почему-то вертолёты плохо приживались в армиях других стран. Уж не знаю, в чём тут дело, но пока ни в Лондоне, ни в Берлине, ни в Вашингтоне, ни даже в Риме особого ажиотажа не было и к этим машинам относились с известной долей осторожности. Как это ни парадоксально, больше всех, после нас, строят вертолёты японцы, но у них основной упор, разумеется, на морские противолодочные машины. Они даже построили в дополнение к авианосцам ещё и два вертолётоносца. Что ж, видимо, печальный опыт применения нами вертолётов против японских войск в ходе Третьей Тихоокеанской войны произвёл на самураев должное впечатление, и они озаботились своим вариантом боевого применения этих машин. На остальных же театрах военных действий мы массово вертолёты не применяли. И они свой горький опыт не приобрели. Но это поправимо.

— Что по истребителям?

— В настоящее время наши ВВС располагают 534 реактивными истребителями СиГ-15, в том числе 81-й машиной серии «А» и 453 самолётами серии «Б». К лету 1937 года ожидаем поступления ещё 2300 самолётов СиГ-15 всех модификаций, включая учебные. По поршневым машинам. Истребитель Ла-7. В авиационных частях Сил Единства имеется на данный момент 1129 боевых машин и 121 учебная машина находится в лётных училищах и в центрах переподготовки пилотов. К лету 1937 года ожидаем поступления от промышленности ещё 8 тысяч истребителей Ла-7 всех модификаций. Истребитель Як-9. На вооружении у нас сейчас состоят 2552 истребителя, включая 312 учебных машин. К лету следующего года ожидаем поставку в войска ещё 8000 истребителей Як-9. По оценкам Генштаба это гарантирует нашей Армии безусловное и полное господство в воздухе во время Глобальной войны.

Киваю. Это так. Тем более что даже наши поршневые самолёты минимум на пару-тройку лет технического развития превосходят технику вероятных противников. Про реактивные я уж молчу. И главное, что у нас есть – поставленная на поток подготовка лётных и технических кадров, позволяющая нам буквально за год нарастить численность наших ВВС в несколько раз, полноценно нарастить, опытными летчиками и экипажами, а не горе-выпускниками курсов кройки и шитья, простите, ускоренных трехмесячных курсов по системе «взлёт-посадка». Впрочем, посадку они могли бы и не отрабатывать, ибо часто взлёт был последним в их жизни. Ходил даже чёрный анекдот, когда командир авиационной части обращается к поступившему из учебки пополнению: «Тратить время на знакомство не будем, познакомлюсь с теми, кто вернётся».