Книга Империя. Знамя над миром, страница 125 – Владимир Бабкин

Церемониймейстер оглашает на весь зал хорошо поставленным зычным голосом:

— Его Императорское Высочество Георгий Михайлович, Великий Князь Романов-Тирусский, Светлейший Князь Новоилионский!

— Её Высочество Наталия Владимировна, Великая Княгиня Романова-Тирусская, Светлейшая Княгиня Новоилионская!

Ната внутренне скрипнула зубами и очаровательно улыбнулась залу. Вот так – она лишь Высочество. Просто Высочество, без титулования «Императорское». Просто, как говорят англичане, титул вежливости, не более того. Её благоверный Гошка для них свой, а она для них – никто. Сколько раз она слышала за своей спиной шепоток: «Глядите, Оболенская пошла». И хорошо, если только шепоток, а не смешок противный. Шавки! Кто они такие, чтобы смеяться над Оболенскими?! Смеяться над ней! Она – Рюриковна, а они все поколениями подобострастно спину гнули перед её предками!

Ситуация была непростой и касалась не только её. Старые рода, хотя и служили Романовым триста лет, но всегда были особыми, отличными от прочих. Белая кость и голубая кровь! Потомки самого Рюрика! И пусть многочисленные потомки основателя Руси не считались частью императорской фамилии, но и ровней прочим многочисленным дворянам они тоже не были.

Первые среди равных. Так говорит её отец, князь Владимир Андреевич Оболенский.

Но император Михаил разорвал негласное соглашение между Романовыми и Рюриковичами, поставив всех вровень с прочими благородными потомственными фамилиями. Служение касалось всех и было обязательной обязанностью каждого дворянина, хоть Рюрикович он, хоть самый последний сын крестьянина, получивший свой первый офицерский чин и полагающееся к нему личное дворянство.

Старые рода затаились и стали ждать, надеясь на то, что новый император слишком круто взял и обязательно свернёт себе шею на каком-нибудь повороте. Но нет, прошло уже девятнадцать лет, и нет никаких признаков того, что Михаил Второй вдруг окажется на обочине истории.

И за эти годы многие потомки Рюриковичей устали ждать и стали встраиваться в новую реальность Империи. Особенно это касалось молодого поколения, которое не желало тратить лучшие годы в пустых ожиданиях несбыточного. Тем более что политика императора Михаила импонировала многим, да и, честно говоря, внакладе те, кто принял новые правила, не остались.

* * *

ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. ТЕРРАСА. 1 июня 1936 года

Солнце садится в море. Колышутся листьями пальмы, обрамляя террасу тропической зеленью. Маша специально высаживала сорт Вашингтония, который мог спокойно пережить периодические похолодания и даже снег.

Пальмы, хвойные и лиственные деревья, кустарники и лужайки с клумбами составляли единый по задумке ансамбль живой природы, радующий глаз и умиротворяющий сердце.

Хорошо на Острове. Уютно.

Остров давно стал домом для нашей семьи. У нас есть множество резиденций по всей Империи, но дом у нас только один и он – здесь.

Формально Остров, как и весь архипелаг Святого Семейства, называвшийся до нашего завоевания Принцевыми островами, не входит в состав ни Ромейской, ни, тем более, находящейся за морем Империи Российской. Это мой личный Домен, на Острове и архипелаге действуют мои собственные законы. Это даже не Самодержавие – это Тирания в самом чистом и незамутнённом виде. Хотя, признаюсь, главным тираном выступаю отнюдь не я. Главный наш тиран и правитель – Хозяйка Острова и всей Империи Маша. И если во всех Империях и зависимых территориях её власть и влияние так или иначе ограничены, то вот на всём архипелаге Святого Семейства власть Маши безраздельна, поскольку ни я, ни Сашка не желали в это дело вмешиваться и создавать себе лишние проблемы в жизни.