Книга Империя. Знамя над миром, страница 57 – Владимир Бабкин

Но Мася не была бы Масей, если бы не сдерзила:

— А между прочим, нас ни ты, ни мама никогда не били!

Поднимаю бровь:

— Напрашиваешься?

Ухмылка:

— Нет. Но сам факт.

Задумчиво глядя вдаль:

— А может, и надо было… Взять тебя и… Розгами…

— Ну, пап, я ведь серьёзно!

Серьезно:

— Да, я вас никогда телесно не наказывал. Это правда. Ты – дворянка. Дворянка в страшно сказать каком поколении и скольки династий. Дворян нельзя бить или унижать. Можно только казнить. Запомни это. Честь дворянина священна, и даже император не может оспорить это право. И эту честь. Слово, данное дворянином, должно быть исполнено, даже если монарх против этого. Однажды, в Швейцарии, когда заболели американкой Миша и Джанна, командир моего личного дирижабля отказался выполнять мой приказ о немедленном вылете на ночь глядя через Альпийские горы. Я ему сулил титул, я грозил ему карой, но он лишь указал мне, что дворяне Империи присягают в верности не только мне, но и благу Отчизны. И что мой приказ опрометчив и идёт во вред государству. Он был готов исполнить любой мой приказ, готов был повести свой дирижабль на верную гибель, но наотрез отказывался принимать меня на борт. И мне пришлось умерить своё эмоциональное требование, признавая право дворянина на подобное решение. Да, я мог его казнить и был бы в своём праве. Но запомни навсегда, что любая Империя процветает ровно до тех пор, пока у её генералов и дворян есть право на собственное мнение и возможность сказать государю, что он не прав. Нет, я не говорю о какой-то фронде, совсем нет, ведь за такое я сам казнил много и не задумываясь. Я говорю именно о необходимости выслушать все мнения до того момента, когда решение командующим будет принято. И о самой возможности это мнение до ушей правителя донести.

— А простолюдины?

— А что с ними?

— Разве они не имеют права на собственное мнение и на своё слово чести?

Умненькая девочка. Далеко пойдет. Впрочем, мне вообще повезло с детьми.

— Конечно имеют. Империя на том и стоит. И дворянином тоже у нас может стать каждый. Напомню тебе, что, когда я взошел на трон, в России было два с половиной миллиона дворян. А сейчас их чуть больше четырёх миллионов.

— Да, но почти все новые – это служилое дворянство.

— Разумеется. Без Служения нет дворянства. Но дворянство в нашей Империи – это не закрытая каста. И сама знаешь, сколько дворянских титулов и достоинств я пожаловал в ходе Великой и Тихоокеанской войн, сколько пожаловал за научные открытия, за Служение Империи на других поприщах. Сколько женщин получили личное дворянство за своё Служение. Дворяне – лучшие из лучших. Это опора Империи. Что касается простого народа, то он своё право на мнение реализует либо через Служение, становясь впоследствии дворянином, либо через те же всеобщие и местные выборы.

Усмешка.

— Конечно. Князь Суворин не даст соврать.

Вот же зараза.

— Мы не подтасовываем результаты голосования. Нам это не нужно. Избирательные технологии позволяют нам добиться нужного результата довольно честно. А, вообще, доча, мудрость правителя часто в том и состоит, чтобы не давать этому самому праву народа на мнение реализоваться на практике. История знает массу примеров того, как народ выбирал путь, который был красив, но вёл в пропасть. Люди вообще падки на простые и очевидные решения. Типа взять всё, да и поделить. Вы же в лицее проходили нашу земельную реформу 1918 года?