Онлайн книга «Империя. Знамя над миром»
|
Северная столица бурно обсуждала предстоящий и уже идущий визит цесаревича. Много встреч, выступлений, много общения с подданными, он посетил Кронштадт и казармы гарнизона, встречался с рабочими и инженерами Путиловского завода и Адмиралтейских верфей, побывал в стенах военных училищ и академий, не избегал прессы, а наоборот охотно отвечал на их вопросы и давал интервью. Было очевидно, что Миша подготовил и продолжает готовить достойного наследника, куда лучшего, чем был Николай в своё время, когда он рыдал на плече сестры, от ужаса и растерянности, вопрошая бесконечно: «И что же мне теперь делать?» И, по общему впечатлению Ксении Александровны, Северная столица за эти дни просто влюбилась в молодого наследника престола. И вот теперь он инспектирует ее Академию. Что ж, ей было что ему показать, а ему было что посмотреть. За полтора десятка лет все три высших дворянских вуза были во многом коренным образом перестроены в части программ и учебного процесса. Это касалось и Царскосельского лицея, и Смольного, но в особенности касалось Пажеского корпуса. Корпус перестал выпускать офицеров Лейб-гвардии, эти функции передали другим, чисто военным учебным заведениям и Звёздной академии. Пажеский же корпус теперь планомерно готовил и воспитывал кадры государственного управления и дворцовой службы. Со всеми отсюда вытекающими изменениями в программе обучения пажей. И ещё одно отметила великая княгиня Ксения Александровна – её племянник за последнее время сильно изменился. Явно повзрослел и вытянулся. Но более всего изменился взгляд. Разница была просто разительной. Это был ужасно властный, ледяной, кристально чистый взгляд его царственного отца. Взгляд, который на публике Александр так хорошо умеет скрывать за очарованием и харизмой. И пусть эти дурочки в зале визжат от восторга, глядя на цесаревича, сама Ксения видела, насколько силен этот его взгляд, в котором соединились не только все таланты и умения царственного отца, но и всё мягкое и страшное коварство его августейшей матери. Да, Александр изменился. Рядом с ней сейчас стоял будущий правитель. Великий, жесткий, жестокий, беспощадный. И, как она смела надеяться, мудрый. Ведущий народ свой к только одному ему известной цели. Каким он будет? Да и все дети Миши были такими. Неужели это Миша научил детей этому всему? Мягкий Мишкин, которого она знала с детства и носила на руках? Или это Маша постаралась внести свою лепту в воспитание наследника престола и остальных детей? Или это новая черта характера августейшей семьи, вовсе не свойственная прочим Романовым? Ведь и у Вики, и даже у юной смешливой Маси тот же самый ледяной взгляд, лишь прячущийся за покровом доброжелательности и очарования. Возможно, это действительно унаследовано от мамы, ведь Ксения Александровна прекрасно помнила, какой фурией влетела в Москву Маша в те страшные осенние дни 1918 года, когда Миша умирал от «американки». И её властные холодно-бешеные глаза, готовые не только убивать, но и просто сжечь или заморозить всё вокруг. Уничтожить любого, кто только подумает о том, чтобы встать на её пути. * * * АЛЕКСАНДР «Какой тут скованный цепями цветник». Большой зал института был наполнен воспитанницами всех возрастов, степенными преподавателями, воспитателями и прочим вспомогательным персоналом самого элитного учебного заведения для девиц в России. Было, конечно, ещё три профильных конкурента – Звёздный, Константинопольский и Новоцарьградский Императорские женские институты, но они были демократичнее и по порядкам, и по правилам, ведь в них не было столь строгого требования к зачисляемым – быть обязательно дворянками. В приоритете – потомственными. |