Книга Империя. Знамя над миром, страница 93 – Владимир Бабкин

Сашка с явным сомнением покачал головой:

— Я-то знаю, но они-то не знают. Да, и вспомни ту же миссию Рудольфа Гесса в твоей истории. Попытки заключить мир против нас шли даже в ходе войны, и шли неоднократно. Те же переговоры между Аленом Даллесом и генералом Вольфом в Швейцарии из той же оперы, не находишь? Так что даже начало горячей фазы войны между Германией и Англией ни от чего нас не гарантирует.

— Они знают достаточно, чтобы проявлять известную осторожность, уж поверь мне. К тому же война против США выглядит куда более перспективной, в том числе и в части безопасности территории Рейха. Америка за океаном и не может вести полномасштабные сухопутные сражения в Европе. А вот Новоримский Союз и сама Россия находятся уже в Европе, и имеют мощнейшую в мире сухопутную армию, разгромить которую в нескольких приграничных сражениях у немцев не получится в принципе. А это затяжная война. А может, и не очень затяжная, но очень катастрофическая для Германии.

— Да, но ты сам говорил, что Рейх всегда опасался того, что стоит Германии увязнуть в войне на Западе, как Россия или СССР нанесут мощнейший удар по Рейху на востоке. И что соблазн превентивного удара по нам всегда витал во дворцах и штабах в Берлине. И, главное, в головах. А Второй Рейх в части возможностей куда более крут, чем Третий Рейх твоей истории. Бесноватых придурков типа Гитлера и всей его камарильи сейчас в Германии как-то нет. По крайней мере в верхах.

Вновь отвожу ферзя обратно.

— Ладно, что тут гадать, посмотрим-разберёмся. Как там, кстати, строительство скоростной железной дороги между Константинополем и Новым Илионом?

— Работаем потихоньку. За год достроим. И предвосхищая твой вопрос, сразу скажу – документацию на скоростную и сверхширокую линии Санкт-Петербург-Москва уже утвердили, тендеры проведены, исполнители определены, готовится документация к проекту скоростных линий на участках Москва-Харьков и Харьков-Константинополь. Думаю, что работы на участке Петербург-Москва можем начать уже в этом году, остальное – это уже дела следующих лет, особенно в контексте предстоящей войны. Проект сверхширокой магистрали Москва-Казань-Новый Царьград уже практически готов, но, вероятно, строить придётся уже после войны. До этого никак не потянем.

Качаю головой.

— Не факт, что рокадные к потенциальному фронту скоростные магистрали нам нужнее, чем сверхширокая магистраль Москва-Новый Царьград, с учётом того, что больше половины военной промышленности у нас за Уралом и в Сибири, а нефтегазовые месторождения Поволжья играют ключевую роль в надёжном обеспечении войск и экономики горючим в случае проблем в Галиции, в Баку и на Ближнем Востоке. Пусть твои аналитики прикинут плюсы и минусы.

— О'кей. Поручу. Времени в любом случае мало осталось. Если мы окажемся в состоянии войны через год, то такую магистраль мы все равно построить не успеем. Впрочем, всю скоростную магистраль Петербург-Москва-Константинополь мы построить тоже не успеем. По расчетам это строительство можно закончить где-то к году 1939-му.

Конечно, я знал и эти цифры и все эти прикидки тоже. Изучали и считали не раз. И если бы я очень хотел это построить, то, так или иначе, вероятно бы уже это всё построили. Но, во-первых, мне было нужно, чтобы Сашка набил свои шишки сам, а во-вторых, все эти годы я вкладывал огромные средства не в скоростные магистрали, а в строительство как можно большего количества железных дорог с максимальной пропускной способностью железнодорожной сети, в том числе и в части маневра войск и подвоза к фронту грузов, пополнения, боеприпасов и прочего вооружения. Мне вполне хватило опыта Великой войны и той колоссальной проблемы с железными дорогами, с которыми столкнулась Российская империя в те годы.