Книга Крестная внучка мафии 2, страница 166 – Владимир Бабкин, Валерия Маркова-Бабкина

— Куся, остался последний аккорд на этот день… Потерпи немного.

— Дядь Миш… Как ты можешь спать после такого?

— Спокойно, — уверенно произнес дядя Миша. — И ты тоже сможешь. Не мы такие — наша жизнь такая.

Париж. Крыша одного из Парижских домов.

26 июля 23 часа

Виктория Лукрезе

Забавно, что я попросила охрану просто поставить стул и принести мне чашку чая с ромашкой, а мне по такому мрачному поводу устроили целый пикник.

На крыше высокого дома поставили маленький садовый стул и стол. Расстелили скатерть в красную клетку. Украсили стол вазочкой с цветами, не забыв принести также чайник чая вместе со сладостями.

М-да… Мне точно пора к психиатру. Кто пьет чай со сладостями на крыше в такой ситуации?

Хотя моим хаски очень даже нравится тут лежать на теплой крыше и с аппетитом грызть косточки.

— В какую сторону мне смотреть? — мрачно спросила я у охраны.

— Вон туда, синьора, — показали мне направление в сторону Эйфелевой башни. — Примерно минут через 10.

— Жан Дюруа был на встрече?

— Нет, синьора. Однако на 100% эта информация еще проверяется.

Я кивнула и пригубила чай.

Чтож… Будем ждать последний «аккорд этого дня».

Дядя Миша и тетя Энн говорили, что идти смотреть не обязательно. Порывались пойти со мной, но я отказалась. Думаю, раз сегодня день кошмарных поступков и решений, за которые я в ответе, то это я тоже должна увидеть своими глазами.

И мой худший поступок сегодня — это бездействие.

Но кто сказал, что в следующий раз я не буду организатором?

В больницу прокурора ведь отправила. Даже смогла смотреть ему в глаза, почти не чувствуя угрызений совести.

Будет ли меня мучить совесть потом? Не знаю… Возможно… Время покажет.

Но в одном я уверена на все сто процентов. Я не смогу спать спокойно, если я не попытаюсь сделать все, чтобы защитить свою Семью. Не моя вина, что дедушки и Сандро нет рядом. Мой виной будет дать кому-то этим воспользоваться.

Поставив чашку на стол, я нервно скрестила пальцы, чтобы не опрокинуть на себя кипяток, когда услышу шум.

Три.

Два.

Один.

БУ-У-УМ!

БУМ! БУ-У-УМ!

Ох… Никогда не видела взрыв заправки своими глазами. Грохот, конечно, страшный. Хотя мы очень далеко от места взрыва.

Цезарь и Белка резко рванули куда-то к выходу, а я, не моргая, смотрела на взрыв и на Эйфелеву башню сквозь высоко вздымающееся пламя. Пугающе завораживающее зрелище.

Вряд ли толстяк Джиротти и его сыновья смогли бы выжить после такого. Если бы я захотела их спасти — спасла бы. Достаточно было позвонить и предупредить. Но дядя Миша настоял на том, что их спасать нельзя.

Мы должны позволить Марине Кузнецовой и ее отцу избавиться от предателей вместо нас.

— М-м-м… Как хорошо горит… — неожиданно раздался до ужаса знакомый голос.

Обернувшись, я поверить могла тому, что вижу Сандро. В синяках, с перебинтованной рукой, в каких-то обшарпанных джинсах и грязной футболке, но живым.

Кажется, дракон был и правда волшебный.

Мое желание сбылось.

Париж. Дом Лукрезе

27 июля. Ночь

Виктория Лукрезе

Теплый ветерок самого романтичного города на Земле развивал занавески, но в маленькой спальне было бы жарко даже, если бы за окном была самая суровая вьюга.

Ведь нас тут двое.

Я и Сандро.

Одежда лежала где-то на полу у дверей, а я как обвила его за шею руками на крыше так и не отпускала его ни на секунду. Хотя и он меня тоже. Мы даже не переговорили. Просто посмотрели друг другу в глаза и весь мир для нас исчез.