Онлайн книга «Тьма»
|
Мы давно сближались. Они нас догоняли. Шла синхронизация скоростей и курсов. К точке рандеву мы должны выйти с нулевыми практически скоростями относительно друг друга, маневрируя лишь для корректировки положения в точке стыковки. — Сближение штатно. — Принято. Микрокорректировка курса. — Сто метров… Пятьдесят… Вдруг громко и нервно из-за спины: — Миша, я тебя люблю!!! Самойлов лишь буркнул: — Марфа, веди себя прилично. Лаврову снова чистить файлы. Бормочу телеметрию: — Тридцать метров. Двадцать. В космонавты не берут неврастеников, но Марфа явно была на грани истерики. Тяжело быть на звездолёте, который сталкивается с другим. Тем более что от неё ничего не зависело сейчас. Да и заправщик выглядел чудовищно. — Десять. Стыковочные узлы в фокусе. Подходим. Самойлов кивнул: — Принято. — Пять… Три… Включаю маневровый. Картинка чуть поправилась. — Вышли на стыковку. — Принято. Если кто-то думает, что заправщик меньше «Благословенной», тот сильно ошибается. Но это просто заправщик. Не звездолёт. Хотя… Нас мягко тряхнуло. — Есть касание. Системы в норме. Протокол штатный. Начинаем подготовку к открытию люков. — Принято. Самойлов: — Марфа, ты как? Хмурое: — В норме. — Принято. Лавров… — Уже удалил и внёс в протокол о сбое. Кивок. — Принято. Экипаж. Собрались. Много работы. И гостей встречаем. Со всей душевностью. * * * Терра Единства. Дальний Восток. Амурск. Мебельная фабрика. 17 декабря 2017 года Стук костяшки о столешницу. — Рыба! — Ты опять, Семёныч! Как тебе везёт всё время! С тобой играть не интересно! Семёныч ухмыльнулся. — Считать надо уметь. Это домино. Работа грузчика на мебельной фабрике незамысловата и своеобразна. Таскай ящики и коробки, но не вздумай отправить в бой или даже поцарапать мебель. Вычтут из зарплаты. Тут всё просто. Конечно, определённый процент на ЧП был заложен в смету изначально, но только если комиссия установит, что повреждение было вызвано объективными причинами, а не расхлябанностью и бестолковостью персонала. А за выпивание на рабочем месте вообще увольняли с волчьим билетом. Но когда это останавливало наших людей? Вообще, в округе немало предпринимателей старалось набирать каких-нибудь немцев. Типа они аккуратные, бережливые и всё такое. Благо их немало было на Дальнем Востоке. Но практика показала, что «то, что русскому хорошо, немцу – смерть». Принятие быстрых и абсурдных (на первый взгляд) решений давалось немцам с трудом. А что может быть абсурднее, чем работа грузчика? Семёныч сам был из посёлка с абсурдным названием Станичное. Никто не знал, почему посёлок так называется. По легенде его основали ещё перед первой Русско-японской войной некие переселенцы с Дона, но достоверных данных ни у кого не было. Приезжали даже из Хабаровска какие-то то ли учёные, то ли археологи (чёрт их разберёт), но тоже порылись в земле-архивах и уехали не солоно хлебавши. Есть только Высочайшее Повеление об образовании города Амурска. А Станичное создано по-простому, на глаз. Из Станичного он перебрался в город не от хорошей жизни. Сложно там. Иной раз просто беда. Земли тут плохие. А детей в Станичном рождается много. Всех кормить нужно. Хорошо в Сунгарии, а тут не сподобил Господь. Плохо. Зимой просто кошмар. И бросил бы всё, и уехал бы в Сунгарию, как делают многие, но осталась в Станичном зазноба Ульяна. Ездит он к ней на каждые выходные. «На замуж» пока денег не хватает, на переезд тем более. Родители Ульяны очень строгие. Как говорится «ни-ни!» О венчании разговоров нет, пока будущий зять не докажет, что сможет содержать семью. Так и встречаются «погулять» в парке. Желательно в присутствии кого-то из старших родственников. На поцелуйчики глаза закрывают, но вот чтоб совсем… |