Книга Царь Марса, страница 110 – Владимир Бабкин

— Чтоб ты усрался, старый конь! – хохотнул генерал Моралес.

— Я еще спляшу на твоей могилке!

Это уже глава МИД Аргентины Роберто Пфиртер Сарантес.

Изабель улыбнулась. Они вечно пикировались между собой по поводу и без. Но так, беззлобно.

— Прекратите разговоры. Языки себе пооткусываете.

Президент Марозини, глава палаты депутатов парламента Чили, явно нервничал при начале «прыжка». Даже, говорят, лечился от этой фобии. Видимо, не долечился.

Голос командира:

— Тишина в салоне. Начинаю обратный отсчет. Десять… девять… восемь…

Изабель шептала молитву Деве Марии. Ее губы шевелились.

— Три… два…

Принцесса плотно сжала губы и зажмурилась.

— Ноль…

Разгон не был чем-то эдаким. У корабля задирался нос, разгонные двигатели набирали ход, так что их не выбросило в небо словно из пращи. Но перегрузки росли с каждой секундой.

Девушка мысленно считала до девяноста. Занятия в свое время танцами и музыкой развили у нее чувство ритма, и она редко ошибалась, считая до девяноста.

«Девяносто…»

Звук двигателей отключился и повисла тишина. Корабль, по инерции набирая скорость в разреженной атмосфере, рвался в высь.

Ложемент Изабель плавно начал движение вокруг своей оси. Щелчок стопора и ложемент замер. Всё, верхняя точка, сто километров.

Полная невесомость. Несколько секунд неопределенного томления в организме и душе.

Всё, точка апогея пройдена. Начинается плавное, но ускоряющееся, словно на детском аттракционе «русские горки», падение вниз из тьмы космоса в свет Земли.

Сейчас захлопнут крышки иллюминаторов, прикрывая корабль от жара трения о злые молекулы атмосферы.

Успеть глянуть, пока не захлопнули. Сияющая Земля и яркое злое Солнце. Видела десятки раз, но каждый раз торопилась успеть взглянуть. Словно ритуал какой-то.

Окошки захлопнулись.

Нарастание нагрузки. Все сильнее. Тяжелее. Быстрее. Суборбитал словно рвался к своей цели – скорости в 29831,4 километра в час. Космическая математика – наука, в принципе, точная, но случаются аварии и катастрофы.

Вновь губы шептали: «Ó meu Jesus, perdoai-nos, livrai-nos do fogo do inferno; levai as alminhas todas para o Céu, principalmente aquelas que mais precisarem. (О, мой Иисус, прости нас, избавь нас от адского пламени; вознеси все наши мольбы на Небеса, особенно те, в которых мы больше всего нуждаемся…)»

Угол атаки рукотворного болида выравнивался, используя плотные слои атмосферы как тормоз. Судя по изменению наклона земной поверхности, вот-вот включатся двигатели…

Толчок. Нарастающий гул. Корабль выравнивался относительно горизонта.

Голос командира:

— «Прыжок» окончен. Через пять минут вы сможете встать и пойти в туалет.

Все облегченно рассмеялись и захлопали, что-то выкрикивая в порыве радости и восторга.

Изабель эту расслабляющую шутку командира слышала много раз во время полетов, но каждый раз, как и сейчас, аплодировала, визжала и смеялась.

Глянув «в окошко», она убедилась, что два суборбитала ВКС Бразильской империи тоже благополучно выбрались из «прыжка» и уже заняли место вокруг «объекта охраны».

— Ваше императорское высочество! – снова командир. – Дамы и господа! Мы идем по графику. Погода в Москве холодная, плюс два градуса по Цельсию, идет дождь со снегом.

Прекрасная погода, что ни говори. А Изабель такая мерзлячка!