Книга Царь Марса, страница 36 – Владимир Бабкин

Но императрица продолжила как ни в чем не бывало.

— Что там с Марсом?

Граф Бестужев сообщил:

— Они говорят, что они в своем праве и собираются созвать сессию Всемирного Совета для официального подтверждения международным сообществом своей претензии на Марс. Пока дипломатия успеха не дала.

— Какова реакция на наше развертывание?

Бестужев отметил:

— Сдержанная, моя госпожа. Выразили глубокую обеспокоенность. Вызвали на утро нашего посла в Рио-де-Жанейро. Хотят выразить официальный протест против провокационных маневров наших Сил.

— Пусть. Флаг им в руки и барабан на шею. Мы рассмотрим. Подготовьте ответ. В меру вежливый, но не слишком. Решительный. Пусть чувствуют силу.

— Будет сделано, моя госпожа.

— Андрей Анатольевич, что по вашему ведомству?

Маркиз Ле-Блосьер барон Мостовский кивнул. Великий князь Сунгарийский и прямой потомок Михаила Великого мог себе позволить более свободно выражать мысли даже в присутствии графа Бестужева.

— Моя госпожа, война не станет легкой прогулкой. Они готовились долгие годы. Им нужна Луна. Марс – ерунда, лишь звездочка в небе. На орбите Земли их флот и на поверхности Земли многочисленные батареи, многие из которых мы пока не смогли выявить. Они скрыты в джунглях Амазонки и в горах Анд.

— Отлично, маркиз. Как ваше ведомство умудрилось их проспать?

— Моя госпожа. Мы умудрились проспать только часть. Да, наши оценочные данные и данные разведки были заниженными, но в целом мы верно оценивали ситуацию. Доклады регулярно появлялись у Вашего Всевеличия.

— То есть это я виновата?!

Сказано было угрожающе.

Министр сдал назад.

— Никак нет, ваше императорское всесвятейшество и величие! Я лишь указывал на то, что работа нами велась и мы сделали все, что только было возможно.

— Плохо и мало!

Потомок Михаила Великого склонил голову.

— Виноват.

— Плохо, маркиз, плохо!

Великий князь Сунгарийский отлично знал, что царица понижает статус титулования, когда раздражена выше всякой меры. Впрочем, в Империи это не считалось каким-то унижением, у аристократии, по крайней мере у высшей аристократии. Считалось даже каким-то шиком титуловаться одним из своих самых малых и даже ничтожных титулов, ведь все и так знают, кто они такие на самом деле. Пусть простолюдины гнут спину в глубоком почтении, перечисляя все их титулы, а так, какие расшаркивания между своими? Та же Диана Романова-Ухтомская часто титуловалась просто графиней Коссиковской или даже графиней Ольхонской, а отнюдь не принцессой и светлейшей. Но в данном конкретном случае императрица была раздражена и о политесах речь не шла.

Война неизбежна.

— Так что?

Начальник Генерального Штаба маркиз Ле-Блосьер барон Мостовский встал по стойке смирно и доложил:

— Развертывание Сил идет по плану, моя госпожа. Мы можем начать операцию по умиротворению сил ЮжАСа на орбите и основных сил на поверхности, если на то будет воля Вашего Всевеличия.

Конечно, операция «Гром и молния» писалась не на коленке, а готовилась много лет. Писалась и переписывалась, уточняя детали и внося новые переменные, составляющие, правя планы и схемы. Это должно было случиться неизбежно. Рано или поздно. Южасцы сильно выросли и уже готовы были бросить перчатку вызова гегемону. Система сдержек, ограничений явно буксовала и давала сбои. Миропорядок Михаила Великого шатался. Но и Великому пришлось устроить и выиграть несколько гигантских войн, включая Великую, Тихоокеанскую и Глобальную, прежде чем утвердился ЕГО порядок вещей в мире и во Вселенной (ее солнечной части). Однако система одряхлела.