Книга Царь Марса, страница 50 – Владимир Бабкин

Кто в Империи главный сейчас? Вовка – нет. Сашка? Тоже тот еще фрукт… Как ни смешно, но пока главный тут я.

Тут в кабинет ворвался Борис и с совершенно диким взглядом осмотрел помещение. Найти тело под покрывалом было несложно. Муж бросился к покойнице, откинул покрывало и зарыдал, причитая…

Быстро он, однако, прибыл. Ну, Высочайший Консорт. Есть, видимо, средства экстренной доставки.

Я отвернулся. Маша не стала краше за истекшее время. Ничего живого в ней уже не было. Воск, гипс и стекло. Оскал стал еще страшнее. Я не судмедэксперт, но на фронте в свое время повидал тысячи покойников в разной степени целости и разложения. Нет, Маша выглядела прилично, потом за дело возьмутся профессионалы, ее приведут в полный порядок, проведут бальзамирование и прочие необходимые процедуры, ведь гроб (открытый или под стеклом) с ее телом посетит по протоколу Константинополь, Новый Царьград, Москву, Санкт-Петербург, с тем, чтобы навек упокоиться в Петропавловской крепости рядом со своими царственными предками.

— Миша…

Оборачиваюсь.

— Да, Борис.

— А почему она лежит на полу?

Пожимаю плечами.

— Я распорядился ничего не трогать. Придут следователи, судмедэксперты, а тут все затоптано, государыню переложили в другое место, на диван, например. Что мне скажут?

Он нехотя кивнул.

— Да, пожалуй, вы правы. Просто… Как она умерла? Кто ее видел последним?

Ну, Мишенька, тут и смертушка твоя пришла. К тебе сегодня будет очень много вопросов, будет множество вдумчивых бесед и прочих протоколов с осмотрами.

— Борис, последним живой видел ее я. Мария изволила меня пригласить выпить по бокалу вина в честь пожалования мне титулов Кесаря, Местоблюстителя и Наместника.

Вдовец застонал и прикрыл глаза.

— Ей же нельзя было вообще пить! Она принимала очень сильные препараты! Вообще нельзя пить спиртное! Куда же вы смотрели…

— Я понимаю ваше горе. Я скорблю вместе с вами. Она мне была и как мать, и как старшая сестра. Но откуда я мог знать о том, что она на препаратах и ей нельзя пить? Почему медики не предупредили меня? Разве это не их обязанность следить за здоровьем и диетой Ее Всевеличия? Почему медицинская бригада не убедилась, что с ней все в порядке после моего ухода? Как так получилось, что Мария продолжала пить спиртное, судя по бутылкам, и медики ее не остановили? Это халатность или злонамеренность?

Борис кивнул.

— Да, простите, я не совсем контролирую себя…

— Я понимаю.

— Маша, Маша… Что ж ты наделала…

Да, вопрос был хороший и актуальный. Вот уж действительно «наделала», и я не очень понимаю, что делать дальше.

— Борис, простите, что я в такую тяжелую минуту, но дела не ждут.

Он с трудом оторвал взгляд от лежащей на полу Марии.

— Дела? Какие могут быть сейчас дела?

— Я понимаю ваше состояние. Но так получилось, что на данный момент я, как Местоблюститель, исполняю обязанности Императора-Августа. И помимо организации похорон, у меня есть и текущие государственные дела.

— О каких делах вы говорите? Оставьте меня в покое! Дайте мне побыть с моим горем наедине!

— Простите.

Я поднялся и вышел за дверь. Да, не вовремя я сунулся с этим. Но… Но что мне делать? Прекрасный пасьянс – спящий Вовка, с которого пылинки сдувает его графиня, Сашка, которого обещают привезти (вроде нашли его в какой-то компании, и конечно же не совсем трезвого (мягко говоря), но обещают прокапать и привести в чувство). Шестнадцатилетние близняшки тоже отрывались в каком-то ночном клубе и все норовили сбежать от своих телохранителей. Вновь рыдающий над телом жены Борис. Вот такой у меня расклад. Невеселый, прямо скажем.