Книга Грааль, страница 81 – Владимир Бабкин

Деда поднял голову и сказал, глядя в потолок:

— Лилит!

Тут же Искин отозвался женским (!) голосом:

— Я к вашим услугам, Аристарх Иванович.

— Сколько человек выжило в Москве?

Бесстрастно мягкое:

— У меня нет такой информации. Могу я чем-то ещё вам помочь?

— Нет, погуляй пока.

— Спасибо. Всегда рада помочь.

Старик вздохнул и подвел итог:

— Вот, видите. Ни черта мы не знаем. А всё туда же – метим в цари Природы.

Хмыкаю:

— Деда, а как тебе удалось сделать так, чтобы Искин говорил с тобой женским голосом?

Тот безразлично пожал плечами:

— Ибо сказано: «Вначале было Слово, Слово было у Бога, и Слово было Бог». Я просто повелел Искину быть женщиной, и стало так. Как там написано? «Когда Он сотворил мир и посмотрел на дела рук Своих, то увидел, что все, что Он создал… хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой». «Бытие». Стих 1:31, если мне не изменяет память.

Я чуть чаем не поперхнулась.

— Деда, ну ты даешь! Ты же сам говоришь, что в Бога не веришь!

Тот лишь хмуро покачал головой.

— Не верю. Но кто-то же эти умные книги написал, и образованный человек должен держать глаза открытыми, а не заниматься всяким, прости господи, блогерством. Я – русский офицер, а не какой-нибудь шлемазл с одесского Привоза. Просвещенному человеку стыдно не знать культурные Глыбы Человечества. Иначе… – Старый генерал вздохнул и процитировал Библию дальше: – «И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов, и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их». То, что я не верю в Бога, не означает, что сказанное не соответствует тому, что мы видим сейчас. Люди ушли прочь от своего долга, ушли со своего пути, который ведет к счастью, и сами встали на путь погибели. Так что имеем то, что имеем. Поделом.

Старика окончательно понесло в философию и пожилое брюзжание, и я постаралась мягко перевести разговор на другую тему:

— Деда, а почему ты назвал Искина «Лилит»?

Тот озадаченно поднял брови, а затем задумался на несколько мгновений:

— Не знаю, Оленька. Просто в голову пришло. Надо же было как-то назвать сие. Первая женщина на Земле как-никак. Точнее, не на Земле, а где-то там, на Небе, в Раю, где она благополучно выела мозг Адаму, да так выела, что Богу пришлось их разлучить и создать из Адамова ребра ему альтернативную Еву. Вот Искин мне точно так же выносит мозг, наверное, потому и «Лилит». Злобная бездушная тварь. Хотя и кошмарно умная. Этого у неё не отнять.

Димка усмехнулся:

— Товарищ генерал, да ты у нас философ. Разглядеть в программе женщину – это нужно уметь.

Старый русский генерал кивнул:

— Хуже, товарищ майор. Я закоренелый и крайне опытный прагматик. Обожаю женщин. Очень. Во всех смыслах. И со всех, эмм… гм… А до свадьбы так вообще… Всякое было. Прости, Оленька, за мужской разговор, но, видимо, ваш отец в меня пошёл. Только ваша бабушка, Царствие ей Небесное, могла держать меня в узде и возвращать на место. Искин – женщина. Вне всякого сомнения. Уж поверьте старику. И не считайте, что я подвинулся в уме. Буквально вчера я тут сдавал тест. Я – в норме, врачи подтвердили. По всем параметрам.