Книга Альма Френг и солнцеловы, страница 39 – Ида Туфте Микельсен

Лодка стала медленно кружиться, и Альма набрала в грудь воздух.

Раз уж он сам завёл разговор, нельзя было не воспользоваться возможностью.

— Женщина, которая приходила… это твоя мать?

Симон повернулся к Альме. Выглядел он грустным, и, когда улыбнулся, в глазах его улыбки не было.

— Да, – ответил он. – Мы… мы больше не видимся. Это к лучшему, что у нас не осталось ничего общего.

— Но она так не думает.

— Ты о чём? – резко спросил Симон. – Ты что… ты с ней говорила? Я же сказал…

— Нет, – прервала его Альма. – Не говорила, – солгала она. – Но раз она сама пришла и хотела поговорить с тобой, видимо…

— Нет, Альма, – оборвал её Симон. Он нарочито посмотрел на часы. – Пора нам домой двигать.

По дороге домой Симон непрерывно что-то рассказывал. Сначала о разных породах деревьев, которые мог рассмотреть по сторонам, потом о численности рыб в окрестных водах. Для самого себя он был необычайно разговорчив, и Альма подозревала, что он просто хотел избежать расспросов об Элионоре.

В понедельник утром фрёкен Крилле снова сидела за своим столом. Но Альма подумала, что она сама на себя не похожа. С того момента, как она вошла в класс, и до того, как все расселись по своим местам, она сидела, молча глядя на стол. От её поведения все как-то притихли и выжидающе переглядывались.

Внезапно фрёкен Крилле откашлялась, так что весь класс вздрогнул.

— Кто, – начала она, медленно подняв взгляд от стола на класс, – ставил ногу на мой стол?

Её длинный белый палец указал на отпечаток подошвы. «Учитель!» – подумала Альма, но ничего не сказала.

— Ага. В мушкетёров поиграть захотелось. А ну-ка встали все! Я вам сейчас расскажу о преданности. Преданность, дети, для рохлей. А настоящие смельчаки не боятся указать на того, кто что-то натворил. Отто, это ты сделал? – Фрёкен Крилле указала прямо на одну из первых парт. – У тебя виноватый вид.

Отто нервно заозирался.

— Н-н-нет, фрёкен Крилле.

— Подойди сюда.

Отто медленно поднялся.

— Снимай ботинок.

— Б-б-ботинок?

Он нагнулся и стал развязывать шнурки. Получалось медленно, потому что руки у Отто дрожали. Наконец он справился и протянул беговой кроссовок фрёкен Крилле.

— Да не надо мне его давать! Приложи его к столу, вот и посмотрим, кто здесь говорит правду, а кто маленький лгунишка…

Казалось, Отто был рад получить точные указания и буквально подскочил к столу. Оказавшись рядом, он наложил свой ботинок на след, фрёкен Крилле внимательно их сличила, но и она, и весь класс видели, что ботинок слишком мал.

— Понятно, – сказала она. – Садись на место.

Отто поспешил к своей парте. Класс молчал.

— Если никто не решится встать и сделать, что требуется, а именно указать на одноклассника, у нас не останется выбора, кроме как поднимать каждого, одного за одним, и сравнивать обувь с отпечатком. Рано или поздно виновник отыщется.

— Это был ваш заместитель, фрёкен Крилле, – кашлянув, сказала Хелена.

— Заместитель? Какой ещё заместитель?

— Который приходил в пятницу. Это он поставил ботинок на стол.

— Заместитель, который приходил в пятницу? – повторила фрёкен Крилле с сарказмом, строго уперев руки в боки. – И когда же он успел к вам прийти, по-твоему, позволь спросить? Сейчас девять утра.

— Э-э, да, девять, но это сегодня. Но он приходил в пятницу. А сегодня понедельник.