Книга Возвращение демонического мастера. Книга 13, страница 98 – Антон Агафонов

Я прикрыл глаза и почему-то представил Юл, что играет на музыкальном инструменте. В этой жизни она почти не играла, не было времени заниматься таким, но вот во времена нашего заключения в Радархарте я много раз слышал, как она играла на лютне песню, которая напоминала ей о матери. А вслед за Юл в образ вмешалась и Мейли и тот её погребальный танец, который она танцевала на поле боя, провожая души в мир мертвых. А ещё Мару, она, в отличие от лютни, взялась за барабаны и настукивала боевой ритм дома Роддей, который я много раз слышал в Радрифе.

Вначале это была просто какофония звуков, но танцующая Мейли словно подхватывала печальную мелодию Юл и смешивала её с музыкой боевого танца дома Роддей, создавая… мелодию. Уникальное звучание, которое я раньше не слышал. Или… слышал? Было стойкое впечатление, что во время сражения с Санграниром я слышал её отголоски, но сейчас она звучала так ярко и отчетливо, что, казалось, обволакивала меня. Резонировала с моей душой.

Кажется, это вновь прозрение, но какое-то… другое. Не просто как когда я ухватывался за чувство словно за веревку, а будто перешагнул за грань, которую человек не должен иметь возможность пересекать. На краткий миг я увидел гораздо больше, чем был способен вобрать мой мозг, казалось, я охватил целый мир, охватил каждый домик, каждого человека и демона, населяющего его.

А ещё я увидел, что встретил на своем пути и Мару, и Мейли ради этого самого момента…

(Саму песню, для аутентичности, можете найти в моем тг канале, увы, тут нет возможности её выложить)

Я коснулся этого звучания и направил его в меч, отчего Копье Пустыни, все ещё сохраняющее форму меча, стало резонировать ему в такт, вибрируя в моей ладони.

Я приоткрыл глаза и взмахнул клинком.

Внутренности дракона, а вместе с тем и пространство рядом со мной, треснуло, будто было огромным стеклом. Трещины, разрастающиеся в стороны, разрывали не только вражескую технику, но и окружающую действительность.

Один из четверки оказавшийся слишком близко попал под одну из таких трещин, и даже защитная техника его не спасла. Его рассекло на куски незримым клинком самого пространства.

А я упал на землю, удерживая в руке Копье Пустыни, способное в этот момент рассечь всё на свете.

Меч в моей руке все ещё вибрировал от силы, но даже так я ощущал, что мелодия начинает угасать. Мгновение прозрения улетучивалось, и тем не менее я ещё на один шаг приблизился к пониманию этой силы. В прошлом и Сдвиг Мира для меня был чем-то непонятным и недостижимым, а сейчас у меня получается использовать его в бою.

Бросил короткий взгляд на одного из убийц Кровавых воронов, чье тело лежало неподалеку, разрезанное на куски. Странные трещины в воздухе уже стали затягиваться, возвращая пространству исходную целостность.

— Нейт… — начал было Рю.

— Знаю, — ответил ему и сбросил Шкуру, сменив её Формой Громового дракона.

Мир тут же стал гораздо медленнее, а движения противников — тягучими словно кисель. Первый не успел даже понять, как его голова отделилась от тела, а вот двое других оказались чуть порасторопнее. С руки одного сорвалась алая молния, но слишком медленно. Я поднырнул под неё, оказавшись рядом с бойцом, и отсек ему руку раньше, чем тот успел сделать ещё что-нибудь. Второй мой удар пришелся уже в сердце.