Книга Возвращение демонического мастера. Книга 10, страница 18 – Антон Агафонов

Стоило мне подумать об этом, как картинка веселых посиделок сменилась на лежащую на земле женщину. Бледную, побитую, в разорванной одежде. Она пустым взглядом смотрела в небо, раскинув руки в стороны.

Но затем картинка в зеркале вновь вернулась к костру. Я всматривался в других людей и пытался вспомнить, но увы, лишь немногим знакомые лица, но хорошо помнил я лишь одного, Гавера. Он был моим лучшим другом в яме и пробыл со мной практически до самого конца, до момента, когда я стал одним из чемпионов. Он остался, взяв на себя то немногое, что осталось от Армии Небесной Надежды, но в конце концов, как я слышал, то место сломало и его.

Впрочем, до этого ещё далеко. Воспоминание, представшее передо мной, демонстрировало более ранний период. Мне в тот момент было лет тридцать-сорок, сложно сказать, я не очень-то вел подсчеты в то время. Но что мог сказать точно — это была наша группировка. Ещё до того, как Мирион явился в тот мир, я, Гавер, Нила и ещё несколько ребят сколотили группировку, чтобы дать отпор остальным. Таких, как мы, в яме хватало, и между группами нередко вспыхивали конфликты, доходившие до жестокой резни.

И стоило об этом подумать, как картинка вновь сменилась, утонув в тумане, а затем проявилась новая. Одна из тех самых потасовок, о которых я только что вспоминал. Прямо сейчас молодой я на бегу врезался в другого парня, повалил его на землю и с безумным хохотом выдавил глаза.

Вновь костер, и пришло странное понимание, что на этом экскурсия в тот эпизод прошлого закончился, нужно идти дальше. Впереди уже маячило новое зеркало.

Уже привычно, вначале увидел свое отражение, и лишь затем пришел черед новой картины. И это был конец Армии Небесной Надежды. Момент, который я так не любил вспоминать. Наверное, ещё никогда прежде так много демонов-воинов из дворца не спускалось до этого момента. Рамуил расхаживал перед приговоренными, давя нас своей силой, и зачитывал обвинения в наш адрес. Говорил он долго, много, с пафосом, а мы всеми силами пытались преодолеть давление его силы. Голос правителя двенадцатого витка гремел у нас в головах, самым слабым их местных казалось, что от него вот-вот череп треснет.

А затем несколько демонов вывели Мириона из толпы. Мы попытались его отбить, но силы были не равны. Многие погибли в тот же момент, но не я. По какой-то причине демоны просто скрутили меня, уткнув лицом в землю, и заставили смотреть на казнь. Помню то ощущение бессилия и полыхающей ярости, что кипели во мне. Я не смог сделать ничего, совершенно ничего.

Больше зеркало мне ничего не показало, лишь оставило чувство горького послевкусия от момента жизни, который я больше не хотел бы вспоминать. Но я все ещё не понимал, для чего это всё? Зачем мне показывают мои собственные воспоминания? В увиденных картинах есть какой-то сакральный смысл?

А вот следующее зеркало, в отличие от прошлых, не принесло ничего болезненного. Напротив, это был момент нашей первой встречи с Юл Эй. Как я застыл, разглядывая её лицо, и она сделала то же самое. Мы смотрели друг на друга, видя впервые, но между нами словно искра проскочила, и мы не могли оторвать взгляд друг от друга. Мы не сказали в тот момент ни слова, её отвлек один из телохранителей, а мне ударили в живот, заставив встать на колени, как только Юл ушла. Напомнили, как нужно вести себя перед госпожой Говорящей с мертвыми.