Книга Латтанский трон, страница 88 – Екатерина Парканская

У отца всегда были приближенные: Квинт и Эклект. Он доверял им безмерно, звал «лучшими людьми империи» каждый раз, как перепивал вина. Они вечно засиживались у него в покоях, переговаривались до поздней ночи, делили тайны и планы, как буханку хлеба. Я помню, как однажды он сказал, что доверие – роскошь, которой стоит награждать лишь тех, кто заслужил это тысячекратно. И Квинт с Эклектом эту роскошь заслужили.

Так почему мне нельзя было позволить себе того же? Осторожно, не спеша, приблизить к себе нескольких, кто доказывает верность не словами, а поступками?

— Я переживаю за тех, кто остался в Масерии, – наконец произнесла я вслух, будто выпустив на волю долго сдерживаемую мысль.

— Вадж что-то сказал? – Джеди напрягся, и взгляд его скользнул в сторону Кеметимиба. Его силуэт едва угадывался возле тлеющего костра.

— Да. – Я сглотнула.

— Что именно?

— Он заявил, что находится здесь во имя Масерии. И если я оступлюсь…

Я не смогла договорить.

Джеди тихо приподнялся на локтях:

— Мы все здесь ради одной цели. Тебя избрали боги – и я верю, все будет хорошо. Все будет так, как они задумали.

Он начал шептать что-то себе под нос. Наверное, молитву. Я не спросила. Мне вдруг захотелось верить его словам.

Я закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. И в этот момент услышала знакомый голос.

Не сворачивай с пути Маат. Следуй сердцу.

Он звучал откуда-то изнутри. Негромкий, но властный. Я резко села, сердце бешено забилось.

— Что случилось? – Джеди тут же подался вперед. Я смотрела сквозь него, будто пыталась разглядеть еще что-то в пустоте. – Все нормально… в груди что-то заболело.

Но внутри все клокотало. Это был не сон. И не фантазия. Или все же внушение после разговора с Хенсой? Лишь спустя несколько долгих секунд я заметила, как Джеди внимательно наблюдает за мной, явно обеспокоенный.

— Не спится, – выдохнула я и поднялась, сделав пару шагов по песку.

— Давай тогда отвлечемся? – предложил Джеди, поднимаясь следом.

— На что?

— Говорят, ты хороша в бою, – усмехнулся он, подавая мне клинок.

Огонь внутри вспыхнул с неожиданной силой. Я не тренировалась уже давно. Слишком давно. Но стоило взять в руки хопеш, как тело вспомнило вес в руке, холод металла и силу, которую он дает.

Последнее, что всплывало в памяти, – очередная тренировка в сферистериуме. Метание копья. Тогда еще отец пришел понаблюдать за мной. Я промахнулась, и он ничего не сказал, но его взгляд был очень строг.

— Давай отойдем чуть подальше. Не хватало еще разбудить весь лагерь, – предложил Джеди.

Мы захватили бурдюки с водой и прошли несколько десятков петриков от костра, туда, где песок уже начинал остывать под ночным воздухом и приятно щекотал ноги.

— Не смей поддаваться, – предупредила я, вставая в стойку напротив. Он нервно провел ладонью по выбритой голове, и снова мне почудилось в нем что-то от Хафры.

— Постараюсь, – с усмешкой ответил он.

Я атаковала сразу – выпад, еще один, третий. Джеди не успевал отражать удары.

— Так никто не дерется на хопешах! – вспыхнул он, когда я уложила его на спину и направила изогнутое лезвие к горлу.

— В бою важна не техника, а победа, – выдохнула я и протянула ему руку.

Он с легким замешательством принял помощь и встал, отряхиваясь. А я… я едва могла сдержать улыбку. Мышцы пылали, кровь бурлила – как же я скучала по этому чувству.