Книга Позывной «Технарь», страница 87 – Константин Муравьев

И аграф посмотрел на креата.

— И кто получатель? – предчувствуя плохие новости, спросил в свою очередь тот.

Аграф не стал ничего говорить, он лишь повернул к сидящему напротив него креату экран искина, откуда на него смотрел человек в рясе священника Агарской империи.

— Ты понимаешь, что это значит? – спросил у аграфа креат.

— Война, – ответил тот. И немного помолчав, добавил: – И в этот раз он от нас не уйдет.

Креат кивнул.

«Не уйдет», – подумал он.

А где-то далеко, за пределами интересов двух глав пиратских кланов сидел маленький человек в небольшом кораблике-разведчике и не знал о том, как сильно он изменил их судьбу своими последними действиями. Но не знал он еще и того, что этими же самыми действиями он очень сильно повлиял и на свою дальнейшую жизнь.

Корабль «Дикий Крафт»

«Ну что же, вот и пришло время пожинать плоды моей кропотливой деятельности, унесшей столько сил», – с насмешкой подумал я, просматривая список обнаруженных в секторе объектов. Насмешку у меня вызывало то, что на корабле считали, будто я трудился эти два дня не покладая рук и с потом на лице, тогда как я бессовестно всю рутину по сбору и обработке информации переложил на автоматику, а сам во время полета, когда проводилось исследование сектора, занимался своими делами.

И вот сейчас передо мной находились огромные списки того, что мне удалось обнаружить.

— Ну и что ты будешь со всем этим делать? – спросил Герк, тот самый креат-пилот, командир звена тяжелых истребителей с «Дикого Крафта», указывая на многостраничную таблицу, которую удалось составить моему искину в результате проведенного исследования.

Мы с креатом сошлись еще во время полета, когда он пытался угнаться за мной на своем тяжеловесе. Кстати, Герк был отличным пилотом, коль в течение тех трех часов, пока его не сняли с этого задания, каким-то немыслимым образом умудрялся удерживаться у меня на хвосте. К тому же он и его ребята практически сразу приняли меня за своего. Коль я, так же как и они, управлял одним из истребителей, находящихся на корабле, то они посчитали меня таким-же пилотом, как и они сами, который потом пошел дальше.

Наблюдая за ним и его командой, я даже удивился, почему заботу о судне не возложили на этих ребят, вместо того тролла, что занимался техническим состоянием судна, до того как приняли меня. На мой взгляд, они бы уж точно справились, да и явный интерес к будущей переделке судна они проявляли вполне искренний.

Это я понял достаточно просто, ведь не зря же мной были изучены дисциплины по психологии, и особенно по эмпатии.

Данный раздел науки очень четко позволял выявить основные эмоции собеседника или то, как интересен ему разговор со мной.

К тому же я, благодаря изученным базам, превратился в ходячий детектор лжи. Подобного эффекта я не ожидал. Да и в базах о нем ничего не говорилось, но столь удивительный результат мною каким-то образом был достигнут. Возможно, его дала совокупность нескольких изученных ранее баз, наложившихся друг на друга.

Не понятно. Но что есть, то есть.

И как оказалось, знать все время правду очень неприятно и не всегда удобно. Это я понял уже буквально через пару часов общения с окружающими.