Онлайн книга «Скитальцы»
|
Тогда Руал решил с надеждой, что, может быть, ему удалось войти сюда незамеченным, и тогда само спасение девочки становится хоть чуть-чуть менее безнадежным. Задержав дыхание, он двинулся вперед – туда, откуда пробивался свет. Он шел анфиладой комнат – больших, полутемных, подернутых паутиной. Он никогда не думал, что внутри человеческого жилья возможны эти горы замшелых камней, древние пни, вцепившиеся в пол крючьями корней, и втершиеся между ними нагромождения из витых стульев, бархатных кресел, комодов и туалетных столиков с пустыми баночками из-под румян, с черными мраморными плитами на месте зеркал. Он шел и не мог представить себе размеров этого жилища, угнездившегося в толще земли. Где-то в путанице переходов и комнат колдун держал маленькую Гарру, босую, в ночной сорочке, с голыми детскими руками. Ребенок и чудовище. Эта мысль подстегнула Руала, он пошел быстрее, почти побежал, лавируя между горами мебели и грудами камней. Он даже осмелился позвать вполголоса: «Гарра! Гарра!» Ему показалось, что там, куда удалилось позвякивание, пропел что-то тонкий старческий голос. Потом снова – «Та-тах… Та-тах…» – заколотился тупой металлический звук, который доносился все отчетливее. Руал, похоже, приближался к его источнику. — Пти-ичка! – снова пропел дребезжащий голос старика. – Пта-ашечка! Та-тах, та-тах… Руал присел. — Пти-ичка… Чик-чирик! Чик-чирик! Руал бесшумно перебежал и притаился за поросшим лиловыми побегами дверным косяком. Колдун был здесь – Руал увидел сначала тонкие ноги в башмаках с бантами, потом неопрятные полы длинного камзола с поблекшим галуном, потом огромный кружевной воротник, из которого едва высовывалась покрытая завитым париком голова. Старик вышагивал по кругу, в левой его руке был небольшой медный колокол, и Руал поразился, потому что колдун держал его за язычок. Он звонил, потряхивая рукой, и массивная чаша колокола билась о его кулак, производя тот самый глухой металлический звук: «Та-тах… Та-тах…» Руал гадал несколько секунд, какое магическое действие производит старик, потом решился заглянуть дальше и увидел Гарру. С потолка на четырех цепях свисал железный обруч, на обруче укреплен был большой стеклянный шар со срезанным верхом, на треть заполненный зеленой водой с бурыми, слабо шевелящимися водорослями. Над самой поверхностью воды качалась перекладина, подобная птичьей жердочке, а на жердочке сидела, вцепившись в нее пальцами, заплаканная Гарра. — Пти-ичка… – бормотал старик нежно, потрясая своим колоколом. – Ку-ушай… – И свободной рукой рассыпал по полу не то зерно, не то шелуху, которая ложилась неприятно хрустящим под ногами слоем. – Ку-ушай… Руал сидел, напряженный, сбитый с толку, не решаясь пошевелиться. Старик тем временем приостановился, тряхнул рукой с колоколом и вытянул другую руку вперед, будто указывая кому-то на девочку. — Мама! – вскрикнула Гарра. Руал заскрипел зубами. — Чик-чирик! – пропел колдун и принялся вдруг сыпать сбивчивыми, неразборчивыми заклинаниями. Ильмарранен тщетно вслушивался, пытаясь понять, к чему клонит старик, но в этот момент протянутая к девочке узловатая рука стала покрываться черно-рыжими перьями. В перьях разинулся красный крючковатый клюв, испуганно закричала Гарра, старик удивленно поднял пегие клочковатые брови и посмотрел на свою руку укоризненно. Клюв пропал, и перья как бы нехотя опали на пол, превращаясь на лету в блеклые засушенные маргаритки. |