Книга Скитальцы, страница 90 – Марина и Сергей Дяченко

Спокойствие и уверенность сопутствовали Руалу до тех пор, пока дорога однажды не изменила ему.

Это было подло и неблагодарно с ее стороны. Ильмарранен не сразу понял, что происходит. А происходило странное – дорога вырывалась из-под его ног, проявляя скверный и упрямый норов.

На развилке он хотел повернуть влево – но дорога тянула, толкала, морочила голову, и он поворачивал вправо; случалось, шел целый день, с рассвета до заката – и непостижимым образом возвращался на место предыдущей ночевки. Кружил, как заяц по лесу, хотя стремился вперед, прямо и ни разу не поворачивал. Дорога, предавшая его, над ним же издевалась.

Разозлившись, он стал сопротивляться, намечал себе ориентиры впереди и шел, не сводя с них глаз. Уловка эта помогала лишь отчасти – скоро он почувствовал, что ему подсовываются те метки, что выгодны коварной дороге.

И он горько обижался на дорогу, пока не понял вдруг, что не она виновата, а куражится нечто, связанное с ним, Ильмарраненом, с наваждениями-голосами, со всей давно преследующей его галиматьей. Осознав это, он был подавлен и на время перестал сопротивляться чужой воле – чтобы, собравшись с силами, снова восстать против невидимого и неведомого поводыря. Неизвестно, чем закончилось бы это единоборство, если б среди бела дня на пустой дороге Руала не догнал однажды крик.

Кричала женщина – отчаянно и умоляюще. Что-то деловито пробубнил мужской голос, и крик повторился – со слезами в голосе:

— Помогите! Не надо! Люди! Оставь, ты!

Руал осторожно обогнул густой, живописно покрытый красными и желтыми листьями куст. С той стороны куста листья осыпались, сбитые на землю ожесточенной борьбой: в густой блеклой траве мелькали, как спицы в колесе, босые тонкие ноги, принадлежавшие кричащей; над ней, повернувшись к Руалу мощными спинами, склонились двое, оба сосредоточенно возились над чем-то в траве. Один что-то примирительно бурчал, другой норовил прижать к земле отчаянно отбивающиеся ноги.

— А-а-а! – с новой силой завопила женщина, и кто-то из обладателей мощных спин зажал ей рот рукой.

Руал отошел потихоньку, потоптался, пощупал свой отбитый когда-то бок, выругался, укусил себя за руку и вернулся к месту свалки.

Мощные спины явно одолевали – босые ноги были надежно подмяты под массивное колено, кричащий рот плотно зажат, так что только мычание доносилось из смятой травы: «М-м-м… усти-и, м-м-м…»

— Это что еще? – спросил Ильмарранен голосом хозяина, заставшего работника на горячем. По-видимому, обладатели спин слышали такие голоса раньше – они сразу бросили свое занятие и обернулись. Вид Руала их удивил, но нисколько не испугал. Их жертва, чумазая девчонка, воспользовавшись минутным замешательством, рванулась и выскользнула бы, если б один из парней не успел схватить ее за длинные, растрепанные в борьбе смоляные волосы.

— Это что-о еще? – возвысил голос Руал. И, обернувшись в сторону дороги, позвал воображаемых попутчиков: – Лобош, Вобла! Идите сюда!

Он рассчитывал, что мощные спины растеряются хоть на минуту и выпустят жертву. Не тут-то было – один из парней накрутил девчонкины волосы на мосластый кулак, а другой неторопливо поднялся, подтянул штаны и выглянул из-за кустарника на дорогу. Дорога, конечно, была пуста.

— Ой ты, – с издевкой протянул парень, плюнул и бросил сквозь зубы: – Вали, пока цел. Тебе не достанется… Вобла!