Книга Я говорю нет!, страница 99 – Уильям Уилки Коллинз

Эмили с Сесилией обе в белом, в волосах – цветы. Франсин щеголяет в ярком платье, подчеркивая свое богатство сверкающими бриллиантами и роскошными жемчугами.

Мисс Плим (дочь священника) – девушка упитанная, светловолосая и цветущая; у нее прекрасное настроение, ее талия не поддается тугой шнуровке, а большие плоские ступни ничуть не мешают ей превесело танцевать. Мисс Дарнуэй (дочь офицера со скромным достатком) – полная противоположность мисс Плим. Она худая, высокая и блеклая. Судьба уготовила бедняжке нелегкую долю – быть нянькой многочисленным младшим братьям и сестрам. Впадая в задумчивость, она вспоминает своих маленьких подопечных и гадает, кто же их утешит, если они упадут и ушибутся, кто расскажет им сказку перед сном, пока она гостит в соседском поместье.

Сердобольная Сесилия, помня, как мало удовольствий выпадает на долю ее юной подруги, и зная, как хорошо она танцует, не дает ей оставаться без партнера. Все трое присутствующих юных джентльменов – превосходные танцоры. Хотя и из разных семей, они пугающе похожи. Все трое – румяны и пухлощеки, с усиками соломенного цвета, с пустыми глазами и низкими лбами, вдобавок все трое с невозмутимой серьезностью ведут одинаково глупые светские беседы. На диванах друг напротив друга сидят двое гостей, которые не присоединились к старшим, играющим в карты в соседней комнате. Оба – мужчины. Один из них – сонный джентльмен средних лет, счастливый обладатель большого поместья и не менее счастливый гость щедрого мистера Вайвила, чей знаменитый портвейн он может пить без риска подагры.

А кто же второй джентльмен? Он – надежный советчик и сердечный друг всех юных леди в этом доме. Разве нужно представлять преподобного Майлза Мирабеля?

Он восседает, как на троне, посередине дивана, оставив справа и слева от себя места для поклонниц – духовный султан платонического гарема. Он вразумляет паству не только словом, но и прикосновением: преподобному свойственна невинная привычка приобнимать юных леди. Одной рукой он обхватил дородную мисс Плим, второй – костлявую, затянутую в шелка Франсин. «Я это делаю везде, – невинно поясняет он, – почему бы не поступать так и здесь?» Действительно, почему бы и нет? Особенно если у тебя прекрасная кожа, красивые голубые глаза, великолепные золотистые волосы ниже плеч и блестящая борода, ниспадающая на грудь? Вольности, которые запретны для обычных мужчин, становятся привилегиями, если в обществе появляется ангел – тем более если в этом ангеле хватает земных черт, чтобы сделать его приятным собеседником. В социальном плане мистер Мирабель просто неотразим! Он – само жизнелюбие, смотрит на все благосклонно, его добродушия хватает на всех. «В меру своих скромных способностей, – признается он, – я стараюсь делать мир вокруг себя чуточку ярче». Смех (заметьте, безобидный!) – это стихия, в которой он живет и дышит. Серьезное лицо мисс Дарнуэй выводит его из себя, и он поспорил об заклад с Эмили – не на деньги, не на перчатки, лишь на цветы, – что рассмешит мисс Дарнуэй, и выиграл! Цветы Эмили торчат у него в петлице, выглядывая из-под курчавой бороды. «Неужели вы меня покинете?» – нежно вопрошает он, когда танцор освобождается и настает черед Франсин составить с ним пару. Она покидает преподобного не очень охотно. Некоторое время место с ним рядом пустует, и мисс Плим решает воспользоваться случаем, чтобы посоветоваться с сердечным другом всех леди.