Книга Не про Любовь!, страница 95 – Нора Ольвич

А гуляющий с нами неспешным шагом «братец Эрик», как мысленно я его называла и не сомневался.

Разве может ангел, так смотрящий на него, лукавить?

Впервые за много дней мы гуляли открыто, наслаждаясь солнечным днём и просто этим часом.

— Мистер Родерик, вы обмолвились, что проездом в этих местах.

— Это так. Экипаж, в котором я был в пути, сейчас на ремонте. Мне ничего другого не оставалось… Но я только рад, что так всё произошло.

И я вновь отметила его взгляд, брошенный на леди Иден.

— Куда же вы держали путь?

— Отец, глава клана, он проживает в горах, не желая принимать участие в том, что происходит как в Шотландии, так и в Англии в целом. Это вопросы большой политики и той вражды, которая всегда стояла между жителями этих двух островных государств. Я обещал навестить его…

Мы молча шли по широкой аллее, любуясь осенними цветами на газонах, а перед нами во всей своей красе высился замок. Старинное строение в несколько этажей.

— В нём действительно жила королева несколько месяцев?

— Жила. Она искала поддержки у своего брата Генриха VIII.

— Того самого, что взял в супруги Анну Болейн?

— Да. Королева Маргарита умудрилась родить тайно от нашего предка – шотландского графа дочь, которую сразу же отдала ему.

— Именно королева? Не её фрейлина или близкая подруга? Вы уверены?

— Это семейное предание. Оно так гласит.

— Как это не похоже на ту, которая боролась за корону и власть при своём малолетнем сыне.

— Вы носите её перстень, мисс Элинор. Откуда он у вас? И почему он у младшей из княжон?

— Мы не знаем этого. Он был у нас всегда. Аиде он никогда не нравился. Это всё, что я могу сказать. Нас воспитывала пожилая родственница после того, как мы приехали из России. Эпидемии и неустроенность. Тяжёлые это били для нас времена.

Слушавшая нас Аида, подняв голову, рассматривала тёмные окна. Повернувшись к нам, она очень тихим голосом вдруг спросила о том, кто сейчас проживает в замке.

— Он пустует. Кого ныне привлекает провинция? Принадлежит я думаю он графу Нортумберлендскому, как и всё вокруг. Но увы, он пустует.

Подняв голову, я начала внимательно изучать старинный фасад, отмечая, что он был сооружён из того же камня, что и наш дом.

«- цоколь, манера класть раствор, цвет и размер камня - всё едино, я уверена, что замок и наш дом, были построены в одно время, к чему все эти легенды»?

Солнце уже слегка клонилось к закату, и его мягкие лучи играли на камнях, сглаженных временем и ветрами, которые дули с океана. Золотистый оттенок шёл красавцу замку. Фасад, выполненный в классическом стиле, был украшен резными элементами и витиеватыми орнаментами, которые, казалось, рассказывали по-своему эту историю.

В этот момент я вдруг ощутила странное чувство — я была уверена кто-то наблюдает за нами. Тень за стёклами таких же окон, как и в нашем доме, была едва различима, но её присутствие было очевидно.

Переглянувшись с сестрой, я уловила в её взгляде тот же тревожный блеск. Мы стояли на улице, окружённые старым зданием, и чувствовали себя актёрами на сцене, за которыми следит невидимая публика. Ветерок, пробежавший по аллее, добавил ощущение неуловимого присутствия, словно кто-то дышит рядом, но остаётся невидимым.

И тут, среди этой странной атмосферы, я услышала тихий шёпот. Он был еле слышен, но настолько отчётлив, что я не могла его игнорировать. Голос звучал в моей голове, словно эхо из глубокого колодца.