Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 60 – Нора Ольвич

Я прошу привезти маркизу на остров Лидо, она обещалась приехать к нам в гости. Пусть сбудется её последнее желание. При склепе будет построена часовня, «её Роза» не оставит свою маркизу больше никогда.

— Ваше решение очень мудро, синьора Дениза. Я обещаю вам, что вас не побеспокоят в вашем горе.

Всё остальное было словно в страшном сне.

К заутрене траурная процессия отправилась в церковь Святой Марии Спасительницы, неконтролируемые уже которое время рыдания сотрясали моё тельце. Чёрные одежды были везде. Безудержно скорбя я уже просто не могла остановиться, вспоминая наши беседы и откровения с Маддаленой, посиделки и смех пожилой дамы. Как её руки держали меня в объятиях, а радостный голос читал письма из Флоренции.

«— моя вина недосмотрела, Господи отпусти мне этот грех, умоляю. Как мне жить с такой виной»?

Поддерживаемая со всех сторон не помню, как оказалась возле гроба, казалось, силы просто оставили меня.

«— отчего его закрыли, что с ней там, она так не любила темноту».

Склонившись и положив руки и голову на мрамор крышки с ликом и фигурой усопшей, рыдая, утопала в цветах.

«— простите меня, моя Донна».

Не помню пути обратно, не отрываясь, смотрела на страшный груз на палубе нашего судна. Словно всё стихло вокруг, природа замерла в ожидании рождения нового дня, который уже никогда не увидят озорные глаза этой дамы. В отупевшем уже состоянии стояла возле склепа, ожидая рассвета. Окончательно простившись со всеми, под звон колоколов моя Донна нашла своё последнее пристанище в склепе на острове Лидо.

* * *

Сейчас спустя полгода, стоя возле окна и рассматривая маленькую часовенку в нашем парке и коленопреклонённую фигуру скорбящей молящейся девушки из мрамора возле склепа, удивлялась, как она похожа на меня. Вспоминая всё пережитое, понимала, что приняла тогда очень правильное решение.

Всё было убрано вокруг склепа и облагорожено. Это верно было самое красивое место в парке.

Мы планировали поставить вокруг несколько больших вазонов с кустами цветущих белых роз. Дабы завершить нежно изысканный образ места семейной усыпальницы.

Ожидали приезда внучки маркизы, Теодоры Манчини с супругом. Письмо от неё было полно невысказанной горечи и будто бы упрёков, но всё же, вступая в права наследования палаццо на Грант-Канале, она несомненно обещалась приехать на остров Лидо, навестить бабушку.

Все эти сложности словно ускользали от моего сознания, которое устав от потрясений находилось будто в ступоре уже много месяцев.

Навевая только ещё большую грусть и мысли о том, что я, наверное, своим уверенным поведением, и заявлениями в суде у Дожа дала ложную надежду пожилой женщине, что и она может многого добиться, если будет более упорной и целеустремлённой.

Доходили слухи, о её былой влюблённости в ещё молодого благородного синьора Доменико Контарини, который отдал предпочтение её подруге Элеоноре.

Да что уж теперь об этом-дела давно минувших дней.

Вспоминала встречу возле склепа с доном Никола Бертолини, уезжающим по слухам с сыном в Новый Свет. Словно кадры старинного фильма, скользили сюжеты перед взором. Полгода прошли как один день.

— Впустите их, заберите всё оружие у обоих и впустите. Пусть посетят часовню, как и просят. Это святое.

Медленно шла по аллее навстречу мужчинам в сопровождении охраны. Видела их глаза с убитой внутри Душой, что не отпускали меня уже никогда.