Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.2, страница 174 – Нора Ольвич

Властный, статный всадник, на одной из стоянок, подъехав к окну экипажа, встревоженно спросил:

— Как она?

— Спит, монсеньор. Всё хорошо, она перекусила и выпила немного ягодного морса, просто столько людей в церкви и все эти волнения, да ещё бессонная ночь. Я дам знать, как она окончательно проснётся.

Сеньора Адория следила за своей любимицей, что спала в объятиях маленькой Луизы.

«— так и доедем до Марселя, в глубоком сне».

Улыбка тронула губы благородной сеньоры. Она вспоминала дела давно минувших дней. Как в положении, скрываясь от гнева Его Величества, короля Франции, проделывала этот же путь много лет назад.

Выглянув в окно, поймала взглядом силуэт мужа и сына, они верхом следовали рядом. Росана спала на сидении, что находилось за её спиной.

Как странно устроен этот транспорт, его чертила когда-то Каталина, показывая отцу, как сделать удобства для путешественников. Мягкие диванчики, прикреплённые к полу кареты, и устройства на колёсах, чтобы не трясло сильно.

Неутомимая княжна Анжелик, сколько в ней энергии, тоже верхом, рядом с шевалье Арманом. Задумчивый граф Антонио ловит взглядом личико Элеонор, что иногда показывается в окно её экипажа. Улыбнувшись, ей, послал воздушный поцелуй.

Домой, наконец, то. На остров.

Как странно устроен мир.

Ведь все такие вот истории заканчиваются однозначно, всегда одинаково, словно под копирку:

«И жили они долго и счастливо»…

На мой же взгляд, история моей жизни в этом мире только начинала набирать обороты.

Осознав себя в полной мере, полностью пришедшей в реальность, после всех важных событий в наших с генералом Торризи жизнях. Держась за борт палубы каравеллы и смотря на удаляющийся берег Франции, только тогда окончательно поняла, что я замужем.

Потому как муж, он, стоя рядом, тихонько придерживая меня за локоток и с беспокойством исследуя моё лицо, спрашивал про моё самочувствие. Дождавшись смущённого моего положительного ответа, прикоснувшись губами к тыльной стороне моей ладони, смотря в глаза, с облегчением, заметил, что с волнением ждал моего пробуждения.

А я, прокручивая в голове наши отношения с отцом, понимала, что это была только тренировка.

Два чужих человека, поддавшись чувствам, сидя на крыше дома, заключили соглашение на совместное проживание на долгие, долгие годы, совершенно не зная друг друга. И стоящий рядом мужчина, он имел на меня слишком много прав.

Но ведь в этом веке просто не мысленно существование такой ситуации, что, пожив с мужчиной в отношениях, и заявив ему после, что мы не подходим друг другу, уехать, допустим, на съёмную квартиру, с тем чтобы, освободившись от надоевшего партнёра, занять себя чем-то очень интересным и важным.

Тревога, кружась туманом в душе, начинала тихонько скрывать те радужные планы, которые ещё, будучи невестой, я рисовала себе кисточками романтики в голове.

Далее в один из моментов, встревоженно глянув на мужа, я спросила:

— А где все? А Ром? Он с нами?

— Обратите внимание, ваша светлость, на судно, что идёт вслед за каравеллой. Оно вместило практически всех, о ком вы так беспокоитесь. Ваши сёстры решили испробовать его на практичность. С нами на каравелле остались только баронесса Мари-Энн с ребёнком и нянями, и донна Адория с супругом.

Не волнуйтесь. Маркиза Анна, на галеоне, и она достаточно строга со всеми. У неё не забалуешь, в дополнение с нами на остров отправился мой старший брат, и он тоже на галеоне «Звезда Венеции». Всё будет хорошо, и да Роммель, как и все остальные жеребцы этой удивительной породы, они спокойно взошли на галеон, их погрузкой руководила княжна Анжелик.