Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.1, страница 100 – Нора Ольвич

Что у них в голове? Кто так прокачал им мозги?

Приходило понимание, что я в какое-то определённое время перешла дорогу Ордену, наверное, его основателям. Началась охота за мной, за перстнем, за грамотой. За золотом.

Почему тогда в подземелье в пригороде Парижа я нашла такой же атрибут власти, которым меня наделил муж? Я убрала его тогда обратно в ларец, не ведая, что это, боясь взять в руки. Его оставила там такая же, как и я, заблудшая Душа. Устав нести его по жизни, устав дарить этому миру всего себя.

— Синь небесная, ты услышь меня. Я устала!

* * *

Все эти размышления и думы. Оставили только одно в голове. Вывод он был странный.

Возможно.

Но мне надо было уцепиться за что-то. Ведь времени оставалось очень мало. А цепляться было не за что.

Сила мысли, сила внушения она велика. Ведь это энергия в чистом виде. Понимание этого вдруг пришло из ниоткуда, будто нашептал кто-то. Я должна вылепить себя заново.

Какой я хочу быть?

Я вновь делаю ошибку, пуская всё на самотёк.

Важно всё. Внешний вид. Характер. Предпочтения, манеры. Умение сидеть верхом, разговаривать и держаться в обществе. Всё должно быть иным.

Никакого больше фехтования и мальчишечьих замашек. О моих знаниях и умениях не должен кто-то знать. Я одарила этот мир сполна. Сейчас главное выжить самой и сберечь семью или всё же стать отшельником.

Думайте, думайте донна…. Нет больше Каталины. Нет Кати. А кто есть? Кем вы будете странница Душа?

Арман, он поник, читая меня.

— Не оставляйте нас, вы лучшее, что было в жизни слишком многих в нашей семье. Мы сможем сберечь вас, донна. Моё дыхание было не подвластно мне, когда я слышала этот шёпот.

Итак, список всех дальних и близких родственников, умерших в младенчестве отца, мадам Жаны, донны Адории и Рикардо. В который раз. Поиски. Всё не то.

Моя внешность. Мысленно я стала представлять себе тот женский образ, который был мне близок всегда, я стала вести себя так, будто видела себя именно такой каждое утро в зеркале. Это был мозговой штурм. Я рисовала его ежедневно, прорисовывая мельчайшие нюансы. Я была ею, я не мыслила себя иначе.

Имя. Я искала его в списках. Не находила и вновь искала. Девочка примерно моего возраста должна была вдруг оказаться выжившей, и семья князя возьмёт её на воспитание.

Имя оно должно быть «моим». Я должна поверить, что оно моё. Вся семья должна спокойно принять его.

Йога и азы восточной гимнастики даосской культуры. Выуживала воспоминания прошлой жизни. Ведь где мы с мужем только не путешествовали, чем только не пытались заниматься с инструкторами в тех же даосских монастырях в двадцать первом веке.

Тело становилось послушным и гибким. Растяжка и шпагат, балетные па, правильные и неправильные позиции, работа с руками, с осанкой. Я одна на своей половине. Арман полностью погружён в науку. День становился расписан по часам и минутам.

Я могла удаляться всё дальше и дальше от хижины, выискивая места «большой силы», я словно ощущала их; потоки звучали гармонией в сознании. И вновь медитации. Свой облик я видела его всё чётче. Глаза, губы, волосы. Я хотела быть такой. Я помнила себя перед уходом из замка. Безликое, болезненное нечто. Скелет и кожа. Всё было убито ядом.

На базе этого лепила себя заново, готовя, к выходу в мир. Время, оно неуловимо бежало, приближая тот день, когда я должна появиться в замке в другом обличии.